Чувства наизнанку

Как это вообще случилось? Когда? Почему?

За что???

Аккуратно выпуталась из его объятий и поползла к краю кровати, принимаясь тут же одеваться. А там уж и слинять из этого сумасшедшего дома.

— Куда собралась? — вздрогнула я, услышав позади себя хриплый голос.

— Подальше от тебя.

— Подальше от меня больше не получится, Тань.

Ничего не отвечаю на эту показушную дерзость, встаю и скрываюсь в уборной. Но Марк упорно следует за мной. Встает за спиной так, что мы полируем друг друга в зеркальном отражении. И сердце стучит где-то в горле, а я сама — словно взведенный курок, готова выстрелить всем, что во мне накопилось за последние три недели.

О, там столько всего!

Чуть отклоняется в сторону, проводит носом по моей шее и шумно вдыхает, а я ничего не могу поделать, я пялюсь на его идеальные кубики пресса и совершенно точно собираюсь изойти слюной от этого вида.

А вот и хрен ему! Все, у меня иммунитет к его телу — я так решила — значит, так будет.

Хмыкнула, дочистила зубы и двинула на выход. А Хан за мной, надевая на ходу свою одежду и потягиваясь.

Молча спускаемся. Дом еще спит…

Резко разворачиваюсь к Марку и задаю вопрос в лоб.

— Ты что опять приперся?

— Потому что люблю тебя, — отвечает просто, смотря мне прямо в глаза, а я от этого ответа теряюсь и зависаю, не в силах постичь того, что он только что сказал.

— Не шути так, — бормочу все же и прижимаю руку к груди, за которой бесконечно взрываются петарды.

— Я. Люблю. Тебя.

— Перестань…, — пячусь назад и зажимаю ладонями уши.

— Всегда любил.

— Ничего не хочу слушать, — трясу головой.

— А мне это больше и не надо, — хмыкает и неожиданно закидывает меня к себе на плечо, словно куль с мукой.

И идет к машине Стаса, стоящей за высоким забором.

А я ору. Брыкаюсь. Даже пытаюсь извернуться и укусить наглеца, но его не остановить. Он добирается до внедорожника без особых проблем, а потом просто стряхивает меня на переднее сидение. Через пару мгновений сам садится за руль, блокируя мне все выходы.

Я задыхаюсь от возмущения, а Марк молча достает с заднего сидения какую-то папку и кидает мне ее на колени.

— На вот, ознакомься, грымза моя любимая. Это материалы уголовного дела против семьи Разумовских, а также официальные данные о причине увольнения врача-гинеколога Элеоноры Карловны Либерман из клиники «Мать и дитя». Почитай, просветись и прекрати уже пилить меня, Таня.