Чудовищное предложение

– Мы по-быстренькому, – прикусив мочку уха, пообещал жених и одним движением развернул меня спиной к себе. Перехватил руки, заставив распластать их на стене, а после… после опустился на колени позади меня, отчего я потрясенно охнула и попыталась было вырваться, но Аарон удержал меня за ягодицы и даже легонько шлепнул со словами: – Жена да убоится мужа своего. А еще там что-то про подчинение и авторитет было, так что стой смирно, детка."

"Пришлось стоять. Стоять и таять от развратных прикосновений, сходить с ума от действий пальцев и языка.

Прохлада кафельной стены представляла умопомрачительный контраст с жарким языком Аарона, который творил нечто невообразимое. На определенном этапе у меня так ослабели колени, что я начала просто сползать на пол. Тогда мужчина позади поднялся, рывком развернул меня к себе и впился в губы поцелуем. Греховным, невероятным… с чуть солоноватым привкусом. От осознания, что это мои же соки, стало жарко.

Аарон подхватил меня за талию и заставил обхватить его ногами.

А после вошел в тело одним мощным рывком, из-за которого меня выгнуло дугой в его объятиях. Наслаждение расходилось по телу огненными волнами с каждым новым таранящим движением.

Взрыв настиг меня почти сразу, а спустя несколько рваных, сильных движений Аарон тоже содрогнулся в агонии наслаждения.

Несколько секунд мы провели так, часто и тяжело дыша, а после жених помог мне встать на ноги и, коснувшись виска легким поцелуем, прокомментировал:

– Ну вот, я же говорил, что быстренько.

Я стукнула его кулаком по плечу и спрятала пылающее смущением лицо на груди. Аарон рассмеялся и, подхватив меня на руки, отнес в душ, где быстро вымыл, вытер и, завернув в халат, вернул в спальню.

– Я к себе, – поправив полотенце на бедрах, сообщил будущий муж. – И да, до встречи за завтраком.

Как ни странно, из-за утренней задержки в душе расписание у нас не «поехало». Спокойно поели, а потом я отправилась в лапы служителей красоты, которые за два часа должны были сделать из меня самую эффектную невесту Нью-Йорка.

Через сто двадцать минут страданий ради красоты меня наконец-то отпустили переодеваться.

Сначала я открыла большую белую коробку, перетянутую золотой лентой, и тихо вскрикнула от восхищения. Там лежало… белье. Волшебное, невероятное, самое потрясающее в мире белье! Невесомые кружева, настолько белые, что глаза слепит, были украшены хрусталем и затейливой вышивкой.

Произведение искусства от а и до я.