Что в имени тебе моем...

Духи спешно откланялись, всячески благословляя царицу, обещали ей отслужить на постройке любого дворца, какой она захочет, в чем дали клятву на священном языке. Царица Мелисандра посмеялась, но клятву приняла.

Оставшись одна, она прислонилась к окну и, глядя на море, думала, что месть не так сладка, как принято считать. Во всяком случае, сейчас она ей сладкой не показалась. Мелисандре сделалось неприятно от мысли, что кто-то может вот так же, из зависти, пожелать разрушить ее сложившийся уютный мирок.

Царица решила, что ей следует отмолить этот грех, и впредь подобными вещами не заниматься.

Глава 13

Дагон весь пошедший день провел в приятных воспоминаниях о том, как нежные лепестки пунцовой розы касаются нежной кожи спящей Янсиль. Как приоткрываются ее губы под легчайшими прикосновениями, как дрожит дыхание, волнуется грудь. Дальше он вспоминать уже не мог, его утягивало в водоворот страстного желания, он старался отвлечься, чтобы не потерять голову окончательно. Зато настроение у темного теперь было прекрасным.

Когда он собрался в покои принцессы, что снова с наступлением ночи гореть на медленном огне желания, вдруг вспомнил, про то, что ему говорил этот новенький — Фрейс. Дагу стало жалко мальчишку — духа, он решил замолвить о нем словечко Михелю. Михель как обычно прохаживался на нижней террасе, он всегда это делал с наступлением темноты, отличный пост, чтобы следить за всем дворцом. Даг подобрался к нему сзади под пологом невидимости. Хотелось поиграть.

— Дагон, мальчик мой, добрый вечер, — Михель даже не обернулся.

— Привет, — прятаться не было смысла, но и показаться тоже нельзя.

— Малыш, ты соскучился, или у тебя ко мне какое-то дело?

— Ээээ… Вроде как дело.

— Тогда пойдем ко мне.

В покоях Михеля за закрытыми дверями и под завесой полной звуконепроницаемости Дагон поведал злому историю мальчишки Фрейса, и просил не наказывать его сурово, если что. Михель был в восторге от услышанного. Он заверил темного, что маленькому духу растительности с его стороны ничего не грозит, и темный с сознанием выполненного доброго дела умчался в покои своей красавицы.

А злой с удовольствием растянулся в кресле. У него состоялся приятнейший диалог с самим собой."

"— Итак, что мы имеем? О, мы имеем замечательный шанс избавиться наконец от нашего мерзкого хозяина! Царица Евгения беременна, у Александра будет сын. Законный наследник! А Баллерд об этом не знает. Но ничего, узнает.