Что в имени тебе моем...

Поселив любимую дочь в покоях любимой жены Нитхиль среди висячих садов, он приставил к ней самых верных своих служанок, а сам женился снова.

Вот только детей у него больше не было, Тогда царь стал брать женщин еще и еще, но ни одна из них так и не подарила ему ребенка. Властитель Зимруд не потерял еще надежду, хотя был весьма близок к этому и стал даже подумывать, за кого бы выдать дочь. Жених должен был быть достойным, чтобы со временем передать ему царство.

А маленькая принцесса Янсиль росла потихоньку в покоях своей матери среди дивных садов, окруженная одними женщинами и никогда не видела других мужчин, кроме отца, Владыки Зимруда.

* * *В Стране пустынь, как и во всякой другой стране, живут не только люди, но и духи. Их жизнь проходит тайно, но они нередко присутствуют среди людей, либо незримо, либо в человеческом облике, если конечно хватит сил и концентрации, чтобы удержать его.

Совсем еще молодой темный дух, прекрасный, как летняя ночь, черноволосый и черноглазый, летел, прячась за самой границей тени, что отбрасывает вращающийся земной шар, освещенный солнцем. Темного духа звали Дагон. Живой, веселый, проказливый, азартный, больше всего на светеон обожал играть, Легко парил, догоняя свет, и вдруг заметил, что с другой стороны играет в ту же самую игру светлый.

Дагон приблизился, затаив дыхание, не хотелось спугнуть неожиданно обретенного товарища. Юный, прекрасный как весенний день, светлый дух с ясными золотистыми глазами и блестящими золотистыми волосами, резвился в лучах света, сам сияя, словно маленькая звезда. Дагон затих, почти превратившись в пятнышко мрака, и затаил дыхание. Темный вдруг понял, что всю свою недолгую пока что жизнь не осознавал, насколько ему не хватало света. Пока он разглядывал светлого, оставаясь в тени, тот и сам заметил Дагона, и позвал его:

— Кто ты? Летящий в тени?

— Я Дагон, я здесь играю, — отвечал темный, — А ты кто?

— А я Лейон.

— Это мы еще посмотрим!"

"Расшалившиеся духи-подростки, совсем как мальчишки втом замечательном возрасте, когда только что обретенная сила будоражит кровь, но нет еще представления, что с этой силой делать, и главное, нет никаких мудрых мыслей в голове.