Что в имени тебе моем...

Темного никогда и интересовали дворцовые дела, его не интересовало ничего, кроме Янсиль. Но раз это может помочь заполучить девушку, он выяснит все, до последней мелочи. Вынырнув из своих мыслей, Дагон спросил Фрейса:

— И как он собирается снять это самое проклятие?

— А вот этого я не знаю.

— Мммм, — протянул темный."

"И, разумеется, Лей ему этого не скажет. Тем более теперь. Придется следить за ним в оба день и ночь, тогда он сможет успеть раньше. Дагон уже понял: кто придет к Владыке Зимруду с этой доброй вестью, тот и получит девушку.

Мысли темного прояснились, приобрели четкую направленность, он воодушевился и рассуждал так:

— Теперь у меня есть шанс, прекрасный шанс. Я сумею обойти светлого. Лей, конечно, подуется, но со временем ему придется смириться. Он простит меня, он же мой друг, зато Янсиль будет моей.

Воспоминание о нежной коже девушки, о том, как он прикасался к ней спящей. Ее полуоткрытые влажные губы, прерывистое дыхание, трепет… Дага пронзило сладкой судорогой, а глаза беспомощно закрылись.

Но тут сердце темного на мгновение сжалось от мысли, что Лей может и не простить ему предательства, а терять друга ему не хотелось. Однако он тряхнул головой и, не желая видеть очевидного, упрямо повторил про себя:

— Простит. Должен, он же мой друг.

* * *Однако, наблюдение за светлым ничего особенного не дало. Дагон неотступно следовал за ним везде. Никаких зацепок, никаких наводящих мыслей. Зато от созерцания счастливых свиданий светлого и принцессы, у темного душа переворачивалась, словно змеи огненные шевелились внутри.

Всего за неделю такой жизни Дагон дошел до последней точки. Сейчас ему уже казалось, что жизнь в высшей степени несправедливо обошлась с ним. Чем, спрашивается, Лей лучше него?! За что ему такое доверие от местных?! Лей ведь тоже руки распускает! Так чем он лучше?! Ничем.

— Это несправедливо, — убеждал себя темный, — Значит, это нужно исправить.

Он созрел. Теперь уже никакие доводы здравого смысла не могли остановить его от страшной ошибки.

* * *Преступные страсти, овладев нами однажды, постепенно ослепляют нас, лишая разума, чести и совести. Отрезвление бывает ужасным. Счастлив тот, кто раскаявшись сумеет исправить содеянное.

Глава 22

Посольство северян в Симхорисе в очередной раз было погружено в траур.