Чистосердечное убийство

— Что, и здесь успели нагадить? — осведомился Гуров, желая получить побольше информации.

— Нагадить? — Коняхин нервно закурил и пустил струю дыма перед собой. — Именно так, подходящее слово. Они через меня пытались поссорить ректорат с Воропаевым. Тот из-за них двоих прорабов уволил. Меня чуть не подставили, еле открестился от взятки. Еще немного, и под прокуратуру бы все залетели.

— Это на них похоже. — Гуров сделал вид, что владеет информацией. — Только непонятно, они хотели такими способами выдавить отсюда Воропаева? Странная методика.

— Не знаю, — устало ответил Коняхин, брезгливо затягиваясь сигаретой. — Война у них между собой. Только вот причины ее я не совсем понимаю. Может, рынок делят? Только вот «Альтернатива» почти ничего не строит. Наверное, поэтому? Я удивляюсь, не знаю, кто стоит за этой конторой. Вроде у Воропаева сильная крыша, а все равно он с «Альтернативой» не справляется. Хрен ее знает, что там за борьба.

Седов ждал Гурова на набережной в тенистом уголке, на лавке рядом с двумя старушками.

— Доброе утро, Лев Иванович! — Седов встал и пожал руку шефа. — Привет вам из мира бездомных, но счастливых людей.

— Окунулся, значит, в среду? — с усмешкой спросил Гуров. — Да, это люди с иной философией, совсем другим мировоззрением. В Москве, в Самаре, во Владивостоке.

— Ого, как вы! — восхитился Седов. — А я думал, что только у меня такие ассоциации возникли.

— Не надейся на лавры первооткрывателя этого затерянного мира, Леша. Им давно занимаются думающие люди, которые умеют делать правильные выводы из имеющихся фактов, а не просто шумно выступать и защищать удобные диссертации. Прослойка бомжей неистребима, даже если мы принудительно всех обеспечим жильем, пусть очень хорошим. Из людей, в которых природой заложена страсть к бродяжничеству, вырастали великие путешественники, но чаще именно бомжи.

— Вы считаете, что всех великих путешественников звала в дорогу не наука, а страсть к бродяжничеству? — осведомился удивленный Седов.

Гуров засмеялся и ответил:

— Ты, Алексей, очень впечатлительный человек для капитана полиции. Естественно, я это сказал ради красного словца. Конечно, их звала в дорогу наука. Но давай вернемся к нашим бомжам.