Честно украденная ведьма (СИ)

Томаса тоже изрядно отмыли, побрили, помассировали, судя по порозовевшему цвету лица, расслабленности и благости.

На кровати с правой стороны лежал кружевной пеньюар. Я даже потрогала его, приятная ткань. На левой части кровати — халат типа кимоно, но уже мужской. Служанки, обнаружив спящего лорда, на цыпочках удалились.

А я постояла, размышляя, будить ли мужчину. Или пусть уже спит? По идее, вот такой кратковременный сон, когда внезапно отключился, самый крепкий и самый продуктивный. Наверное, пусть отдыхает мужик.

Пить и есть я не хочу, только выбрались из-за стола. Разговаривать тоже. Об исполнении супружеского долга вообще речь вестись не может. Да, точно, всем спать.

И я выключила освещение, вполне себе электрическое. По крайней мере, провода в стенах и выключатели выглядели мне привычными. А потом забралась под одеяло, обняла подушку, закрыла глаза и…

— Наташа, ты спишь? Наташа, просыпайся. Наташа, уже утро. Наташа, ну ты долго еще собираешься лежать? Наташа, открывай глаза.

У меня возникло чувство дежавю, потому что только тот, кто никогда не серфил в интернете, не видел различных вариаций этой картинки с котиками и похожими надписями.

Я с трудом разлепила глаза, и первое, что я увидела… Да-да, нависающую над моим лицом кошачью мордочку.

— Наташа, ты проснулась? — спросила Джинджу. — Наташа, утро уже в разгаре. Сколько можно спать?

Я поморгала. Скосила глаза на задернутое плотными шторами окно. Вот непохоже, что уже хотя бы полдень.

— Это не считается, что ты туда смотришь? Наташа, мы все пропустим!

— Что именно? — проскрипела я, выпростала руку из-под одеяла, сгребла кошку в охапку, подтащила к себе, как самую обычную мурлыку, и перевернулась на бок, уютно устроив ее под подбородок.

Кажется, я сделала что-то не то. Потому что фамильяр Томаса затаилась, притихла, от неожиданности замурлыкала, но тут же перестала. А я почувствовала, что снова засыпаю.

— Наташа, а ты что делаешь?

— Сплю.

Второй раз нас разбудили чьи-то тихие шаги. Я приоткрыла глаз. Мимо кровати к столу у окна тихонечко кралась горничная. Заметив, что я на нее смотрю, девушка застыла, прижав к себе поднос.

Проходной двор, а не спальня.

Я натянула одеяло на голову, оставив на воле только свой нос и голову кошки. И мы продолжили спать.

Ну и наконец, в третий и последний раз мы с кошкой проснулись от грохота.