Человек с топором

Я буду пробовать понять.

– Давай, – согласился Мрак. – Только тебе и можно понять всяких уродов.

– Почему уродов? – удивился Олег. – Откуда ты знаешь?

– Знаю, – отрезал Мрак твердо.

– Откуда?

– Только мы, люди, не уроды, – ответил Мрак. – А вот все остальные… разумные пресмыкающиеся!

– Почему именно пресмыкающиеся?

– Ну, разумные насекомые. Червяки! Слизни. Жабы. Или жабы тоже пресмыкающиеся?

Трое суток, прикидываясь метеоритами, они парили в космосе. Олег ловил и старался понять обрывки передач, записывал, классифицировал по степени неразгаданности, что-то смутно понимал и только на четвертые сутки сказал дрогнувшим голосом:

– Пойдем на планету.

– А почему поджал хвост? – спросил Мрак подозрительно.

– Мрак, они еще более великие, чем я думал.

Планета вырастала, голубая с зеленым, береговые линии океанов развернуты так, как никакая природа не развернет. И тут, гады, спокойненько перестроили континенты, указали, каким быть океану и каких размеров, сколько поднять суши, а сколько притопить… И рыбы в океане наверняка только аквариумные, из птиц одних павлинов оставили, а ворон перебили…

– Уверен, – спросил он нервно, – что эта планета самая подходящая?

– Я ни в чем не бываю уверен, – огрызнулся Олег.

– Да уж больно планета ухоженная… Оранжерея, а не планета.

– Они все такие. Сам же сказал, что под копирку? Еще и этим, кстати, поддерживается общий уровень культуры, менталитета, взглядов. Они на всех двух миллионах миров стараются создать абсолютно одинаковые условия.

– Одним не получится, – обрубил Мрак. – Мы, гозияле – высшая раса!

Олег поморщился:

– Не переборщи.

– Но как-то надо объяснить наши странности?

– Лучше туманно намекать о некоем особом пути.

– А начнут допытываться?

– Надувай щеки и замыкайся в презрительном молчании.

– Это смогу, – буркнул Мрак. – Когда сказать неча, что еще остается?

Выпуклый бок планеты неуловимо перетек в огромный континент, что раскинулся почти на треть планеты. Правда, морей столько, что это и не твердь вовсе, а испещренная узкими голубыми полосками морей некая экзотическая зебра.

Олег лавировал, словно чувствовал некие ощупывающие нити радаров, Мрак послушно держался рядом. Он добавил золотистого цвета, кожу подровнял еще и еще, чтоб без единой оспины, убрал с рук и груди последние волосы, оставив только на голове, но укоротил.