Человек с топором

Поморщился, повторил: – Не знаю… Сейчас мы все в странной ситуации, когда прогресс понесся, как пришпоренный конь, не разбирая дороги. Вмешиваться едва успеваем. Да и то… Уже не ведем народы, а именно – вмешиваемся! Как пожарные. А это, сам понимаешь, уже не та роль. Уже знаешь, что многие, прожившие сотни, а то и тысячи лет, сейчас начали умирать. У нас есть только одна возможность оставаться вечноживущими – быть нужными.

Мрак скривился:

– Ах-ах, щас заплачу. Как возвышенно, одухотворительно, патетичельно, высокозвучно! А вон Мафусаил жил 969 лет.

Но ничего не свершил. И ничо, никакой бог ему жизню не укоротил! Вообще, можно сказать, исхитрился прожить впустую!

– Брехня, – ответил Олег равнодушно. – Сверхсущество, Род или мудрая эволюция не позволяет существовать бездельникам… долго. А Мафусаил весьма и весьма поработал мечом. Он почти всю жизнь сражался со злыми духами шеддим. Это он доходил еще раньше, чем я, до Края Земли! Там вызнал у своего отца Еноха, что Бог собирается наслать на землю великий потоп, и придумал, как спасти своего внука Ноя… Он не захотел смотреть на гибель рода человеческого и помер перед самым потопом.

В честь семидневного траура по нему весь потоп отсрочили на семь дней! А ты говоришь, зря прожил… Он перебил этих шеддим столько, что тебе и не снилось…

– А ему не снилось лупить Змеев, – огрызнулся Мрак, – сколько я перебил!.."

"– Это был крутой боец, – добавил Олег, – а его представляют только в виде седобородого старца. Как Льва Толстого представляют не иначе как… таким же мафусаилом, хотя он, будучи артиллерийским офицером, гм… ладно, это не для твоих розовых ушей.

Или Чехов, который не всегда был таким рафинированным интеллигентом, как на последних портретах. А Пушкина или Лермонтова, доживи они хотя бы до шестидесяти, все поколения представляли бы только в облике благородных старцев, лысых, с длинными седыми бородами…

Мрак подумал, сказал решительно:

– Не знаю, что Ему нужно. Но я пойду спасать Таргитая, даже если Он против…

Он не договорил.

Олег понял, сказал мягко:

– У нас с тобой разные причины нашей живучести. Я – потому что зачем-то нужен, как другие из Семерых и кандидатов в Семеро. В нас, если отпадет надобность, просто включится счетчик жизни. Тебе это не грозит. Ты… гм… ты как-то ухитрился что-то изменить в своем генетическом коде, что ли…

Мрак возмутился:

– Ни фига себе, коде! Да я и слов таких не знал! Я ж говорю тебе, подчистил Книгу Судеб!

Олег указал на небо.