Час шестый

 — Сходили бы вон к счетоводу, он бы вас обкорнал за минуту… Не реви, не реви, Олеша. Говоришь, не медвежий след на дороге?

— Ыгы…

— Не плачьте, на все воля Божья…

Только сейчас Алешка с Серегой поняли, что председатель уже виделся с Павлом.

Евграф глубоко вздохнул, отпуская ребят восвояси.

Лесная ватага прогоном, уже в темную пору, возвращалась из лесу.

XVII

Прошло еще два дня."

"Теперь уже вся Шибаниха только и судачила что о Павле Рогове. Все знали, что он сбежал с Печоры и что живет в лесу в избушке у дедка Никиты.

То была главная деревенская новость, ее и обсуждали в зимней избе Володи Зырина. Самого хозяина дома не было, он прихватил гармонь и подался в церковь. Опросинье, матери Володи, уже напостыло ругать счетовода за такую гулянку и пляску в храме. Киря, сапожник, приехавший из Ольховицы с попутной подводой, довольный, только что накормленный, раскладывал на лавке инструмент: клещи, молотки, ножи, шилья и рашпили, устанавливал складное сиденье. Моток уже готовой дратвы он повесил на гвоздик в простенке. Пучок запасной щетины, смоляной вар и банку с черною краской выложил Киря на подоконник. Сапожный передник и шпандырь положил слева на полу, чтобы были всегда под рукой. Справа под лавку он еще раньше затолкал громоздкий мешок с колодками. Деревянный крюк — гладкая, вытесанная из соснового корня доска в образе громадного сапога — тоже лежал покамест под лавкой. На этом крюке и вытягивают кожаные крюки — цельные с головками голенища.

— Больно ты, Киря, много места занял, всю лавку и всю подлавку, — произнес Киндя Судейкин, пришедший глядеть сапожника.

 — Экой ты стал широкой!

— А сколько ему надо, столько и пусть! — возразила хозяйка Опросинья. — У нас место некупленное.

Киндя не возражал.

Мать счетовода убирала со стола посуду после ужина. Она собиралась теперь ставить самовар. Сапожников шибановцы испокон веку чтили, так же как пастухов.

В избе возилось с полдюжины любопытных подростков, они выспрашивали у Кири, это что да это зачем. Польщенный Киря объяснял подробности.

Особенно заинтересовала ребят низкая складная седулка на кожаных лентах. Киря привстал с нее, чтобы показать что-то, а Судейкин тихонько отставил сиденье с прежнего места. Киря, не заметив подвоха, начал садиться и под смех ребятишек шлепнулся задом на пол. Опросиуья обругала Судейкина «фулиганом», а сапожник, ничуть не обидевшись, сказал:

— Сколь худо, что глаза-ти выросли спереди, а не сзади.

— И рога, Кирьян, тоже иной раз спереди. Возьми вот беса либо козла.