Любовь против (не)любви

Да только вот постоять за себя девочка не умела вовсе, на неё кто глядел сурово — она уже или плакать принималась, или вовсе убегала и пряталась. И способностями своими толком не владела — видимо, не учили её, ни мать, рано умершая, ни кто другой. Эх, нужно будет оставить кого-нибудь, чтоб приглядывал — после. Потому что сама Мэгвин задерживаться в этих краях не собиралась.

Она зажгла все нужные травы, и нарисовала все нужные фигуры, и призвала силу. Сила понадобится — едва ли не вся, что у неё есть, такого рода задачи — тяжелы и даются не каждому.

Зажмурилась и ступила на неверную тропу, приведшую её в совсем другой мир.

И этот мир не был магическим! То есть, в нём жили люди, имеющие способности, они творили и звали, но — им никто не откликался. Мэгвин было недосуг понимать, почему так, сил у неё было не слишком много, а ещё предстояло вернуться. Но сначала — найти.

Местные свободные души встречались не так уж и редко, но — они или целеустремлённо направлялись, куда им положено, или — не подходили совершенно.

Впрочем, вот, кажется, что-то подходящее. Мэгвин сосредоточилась… и оказалась в непонятном жилище, несколько комнат в высокой башне. Прозрачные стёкла — как на далёком юге, тёплый ковёр на полу, портьеры, тонкой работы посуда в шкафу. По стенам висели какие-то бумаги с печатями — наверное, о чьих-то заслугах. Мэгвин вгляделась в незнакомые буквы и попыталась понять — было у неё такое свойство — «почётному гражданину города Корякиной Екатерине Петровне», «заслуженному учителю Российской Федерации», «за многолетний самоотверженный труд»… Ничего не поняла.

Тепло, очень тепло. Никакой печи, никакого живого огня — а тепло. Наверное, не бедное жилище, раз так хорошо обогревается неведомой магией — на улице-то лютый мороз, на родине Мэгвин такого отродясь не бывало. Портрет пожилой женщины, перевязанный чёрной лентой, привлекал внимание.

Нужно понять — и приложить все усилия.

2. Катерина Петровна и её дети

Катерина Петровна умерла в своей квартире.