Любовь против (не)любви

— А граф Шалон бывает при дворе?

— Ещё как бывает, и сегодня был, но я его не поймал — он мелькнул и проследовал к королеве. Ему даровано право приходить к ней, когда заблагорассудится.

— А тебе?

— А мне — не настолько, — усмехнулся Джон. — Если будет весомый повод — я, конечно, попрошу о приватной аудиенции, но обсуждать каждое утро погоду вряд ли стану.

— Поняла, — кивнула Катерина. — И сколько нам здесь быть?

— Пока её величество не отпустит, — пожал плечами Джон. — Другое дело, что она никогда не стремится задерживать тех, у кого на самом деле что-то важное дома.

— Зачем? — не поняла она. — Нас же, наверное, ну, позовут, как всё решат? Или нет?

— Конечно, позовут, но — необходимо напоминать о себе. И её величеству, и всем прочим.

— И что там делать? — Катерина представляла себе всё это по аналогии с домашним начальством.

Пришла, подала заявление, его должны рассмотреть. Или пригласить и сообщить о решении, или как-то иначе сообщить. Потому что ну зачем всем тратить время зря?"

"— Беседовать, завязывать связи.

— Кэт произвела сегодня такое впечатление на всех, что завтра многие захотят познакомиться с ней поближе, — сказала вошедшая Анна.

— Ох, — только и сказала Катерина.

Она понимала про связи и про своих людей и про личные договорённости тоже понимала. Ничего нового. Придётся идти и слушать, скорее всего, какие-нибудь глупости.

— Только, Кэт, прости, но тебя нужно одеть.

— Я горюю по Робу, — отрезала Катерина. — И не имею желания наряжаться. Нет, мне правда его жаль, — пожала она плечами, увидев их взлетевшие брови.

— Тебе все скажут, что жизнь идёт. И я думаю, хотя бы одно платье нужно заказать, — непреклонно сказала Анна. — Завтра пригласим портного с образцами тканей.

Катерине было именно что всё равно. Она и в прежней жизни не гналась за модой и за количеством одежды. Но как объяснить Анне, что учитель с тремя детьми и без мужа — это не тот человек, у которого много свободных денег? Поэтому вся её одежда была хорошего качества — чтобы служила подольше. Костюмы для работы шились из дорогой ткани на заказ — зато на десять лет, и Катерина за ними бережно ухаживала.