Любовь против (не)любви

 — Так я и думал, что там не без греха! Роб, ты слишком доверяешь ей, честное слово.

— А ты и рад сплетни слушать, — не спустила ему Катерина, — ещё почище любой бабы будешь, да? Что бы доброе лучше сказал!

Джейми завопил, что не ей ему указывать, Дороти, спохватившись, тоже что-то стала говорить, вокруг стал собираться любопытствующий народ. Даже отец Томас протиснулся и оглядел их всех с любопытством.

— Замолчите все немедленно, — прикрикнул Роб, и на удивление, все замолчали. — Кэт, что произошло?

— Факты следующие: я отпустила со службы своего охранника Роя из скоттов, и отправила его восвояси.

— А о нас всех позаботиться тебе не пришло в голову? Он же — кладезь сведений о том, как мы тут живём!

— Для того нужно знать, что он здесь был, а те два человека, которые могут подтвердить его личность, сейчас заперты в кладовке, я полагаю, ты их ещё расспросишь.

Конечно, пошли расспрашивать пленных. Перед тем отец Томас прикрикнул на зевак, чтобы шли по своим делам и не толпились, а Дороти прямо взял за плечи, повернул в сторону кухни и направил туда. Джейми заметил, оглядел пристально дурную скандалистку и облизнулся.

Конечно же, пленники не хотели отвечать, Джейми уже наладился пинать и выкручивать руки, но Катерина влезла и тут, и предложила Робу ещё раз расспросить парней по-человечьи.

— Его зовут Рой Гордон, он племянник графа Сэнд-Рока. Его считали погибшим, потому что граф объявил об этом сразу после смерти его отца, и вроде даже свидетели были из его людей, что он с двумя кузенами как-то там нехорошо погиб на охоте, — сказал старший из пленников, Джордж Дуглас.

— А почему граф стал искать свидетелей этому событию? — спросил стоявший тут же отец Томас.

— Да потому, что иначе не быть бы ему графом, и всё, потому что по праву графом должен был стать единственный сын предыдущего, — пояснил Джордж Дуглас.

— Так это что, у нас был племянник Сэнд-Рока, и мы его упустили? Надо было обещать повесить его, если граф не прекратит набеги! — заявил Джеймс."

"— Граф был бы только рад, если бы вы его повесили, — сплюнул пленник.