Любовь против (не)любви

Внизу Дороти уже отчитывала кого-то, стащившего кусок свежего хлеба до общего завтрака, на улице кололи дрова, Джон разговаривал с господином Айви — оказывается, вечером он разослал гонцов, и трое из четверых вернулись ни с чем. А Катерине-то почему не сказал?

Так и спросила — чего не сказал. Тот вздохнул и ответил — не хотел расстраивать.

— А так-то лучше, конечно, — проворчала она. — Думай тут, что хочешь. Давай так: мы, вроде бы, не враги, и должны худо-бедно доверять друг другу.

— Чего именно не выйдет? — заинтересовался он.

— Ни-че-го, — по слогам произнесла она и пошла за стол.

А после завтрака отозвала господина Айви и задала вопрос про отхожие места. Тот несказанно изумился.

— Зачем это вам, миледи?

— Есть надобность, даже две. Во-первых, хочу понять, как устроено. Во-вторых, ищу грязную неприглядную работу для двух дураков.

Айви хрюкнул.

— Как только вам такое в голову-то пришло, — и посмотрел на неё, будто только что познакомился.

— Тяжёлая болезнь ещё и не так людей меняет, если ты об этом, — пожала плечами Катерина.

— Воля ваша, пойдёмте."

"Оказалось, что поганые вёдра из дома выносят в некую яму, когда она переполняется — просто выкапывают рядом ещё одну. Не самый лучший вариант, но и не худший. А вот в замке всё было с одной стороны — дивно, с другой — по-простому. Покои хозяев имели на уровне второго и третьего этажей дальней башни, до которой пока руки Катерины ещё не дошли, по комнатке, выступающей из стены наружу, и с дырой в полу.

Ну как, Катерина о таком читала. Тёплый туалет с водой — это конец девятнадцатого века даже в её родном мире, а тут, извините — дремучее средневековье.

Другое дело, что в некоторых замках подобные помещения были устроены, скажем, над замковым рвом. Или над ручейком или речкой. Всё проще, хотя из этой речки потом ведь тоже воду пить.

Катерина бестрепетно осмотрела яму, и потом ещё — то самое место под стеной.