Будь моей

Привожу лицо в порядок, подкрашиваю брови, распускаю волосы и выпрямляю их утюжком. Это не для Богдана, разумеется, просто так я чувствую себя увереннее. Из одежды выбираю домашний теплый костюм свободного кроя.

Подхожу к Артуру и улыбаюсь, когда вижу, что он крепко спит. Мобиль отключаю и напоминаю себе поблагодарить Олю за такой подарок. Вот она точно знала, что нужно дарить! Артур очень любит эту игрушку, спокойно лежит, наблюдает, как двигаются фигурки и наслаждается музыкой. Будто подслушав мои мысли, мой телефон оживает, а на экране появляется имя подруги.

— Только что о тебе думала, — говорю с улыбкой.

— Да? — тут же весело переспрашивает Оля. — И о чем же думала?

— Что мобиль, который ты подарила — незаменим. Артур снова под него уснул.

— Класс. Ты дома же сегодня? — спрашивает подруга. — Я думала, может встретимся, в кафе сходим.

— Можно, но вечером.

— У тебя планы? Расскажешь?

Оля понятия не имеет, что я рассказала Богдану о сыне. Я звонила ей незадолго до нашего с ним разговора, говорила, что он уговорил меня вернуться.

— Я рассказала Богдану о сыне.

— Офигеть, новости! — отвечает подруга. — И что он? Как отреагировал?

— Спокойно. Вчера виделся с Артуром, сегодня должен приехать с Ромкой, чтобы познакомить братьев.

— То есть он на тебя даже не наорал?

— Нет.

— Ты как? — задает тот самый вопрос Оля. — Держишься?

— Я нормально. Вполне спокойно.

— Оу, — удивляется подруга. — Как вы после года разлуки до фильмов добрались?

Ответить я не успеваю, потому что в дверь звонят.

— Оль, вечером встретимся, ладно? Я все-все тебе расскажу. В три я уже буду свободна. Ладно?

— Я заеду в четыре, — говорит подруга. — Жди меня.

Я отключаюсь и бегу к двери. Открыв ее, вижу Богдана с букетом цветов и Ромку с плюшевой игрушкой. Пропускаю их внутрь, закрываю за ними дверь, склоняюсь к Ромке, чтобы помочь ему снять обувь.

— Спасибо, — бормочу я, забирая букет у него из рук.

— И где блатик? — тут же интересуется Ромка. — Я ему подалок плинес.

— Пойдем, — протягиваю ему руку. — Братик спит, но ты сможешь на него посмотреть.

— А он плоснется?

— Конечно. Через час встанет, чтобы поесть.