Хозяйка собственного поместья

Чтобы и сам успокоился, и меня в покое оставил."

"— Напомните, выводы о моей опасности для окружающих вы сделали из показаний крестьян, на которых я якобы напала?

— Да. Вы не захотели с ними расплатиться, а когда мужики стали настаивать, выстрелили в ближайшего из пистолета…

Виктор засопел, явно пожалев, что научил меня обращаться с оружием.

— Потом ударили остальных магией и, после того как они оказались не в силах сопротивляться, исполосовали одного ножом. Шрамы останутся на всю жизнь, но бедолага радовался, что вообще ноги унес.

Интересно, это мужики с самого начала ему рассказали или уже подправленная самим доктором версия? Хотя, если вспомнить белобрысого, за которым я якобы с молотком бегала, — даже странно, что Виктор не поделился этим с доктором! — могли и сами. А то ведь, стыдно сказать, одна девчонка пятерых мужиков уделала!

Мотя перестал притворяться статуей, взобрался мне на колени. Я погладила его, мысленно поправившись: девчонка и кот. Мотя заурчал.

Я потянула паузу, изображая, будто целиком и полностью занята котом.

— Вы ничего не хотите на это ответить? — не выдержал наконец доктор.

— На что? — Я изобразила удивление. — На записанные вами слова мужиков, которые могли и сговориться, расстроившись, что не сумели ограбить слабую женщину? Нет, не хочу, вы же уже решили, кому верить. Но я хочу сказать, что — Виктор Александрович не может быть моим опекуном. Он пытался меня убить, и я опасаюсь за свою жизнь.

2

Доктор вытаращил глаза, муж начал багроветь.

— Сперва он скинул меня с дерева, потом пытался утопить в ведре со смесью извести и медного купороса, — не останавливалась я.

— Что вы несете! — взорвался Виктор.

— Ах, вы еще и не помните? — Я демонстративно всплеснула руками. — Совсем-совсем не помните, что вытворяли? Марья подтвердит, если что.

— Да Марья подтвердит, что я ем младенцев на завтрак!

— Вот видите, Виктор Александрович… — начал доктор, и я снова перебила его:

— …как легко оговорить человека. Попробуйте докажите, что вы не пытались меня убить.

Муж замер с открытым ртом.

— Виктору Александровичу и не нужно ничего доказывать! — возмутился доктор. — Он уважаемый человек!

— Не то что молодая вертихвостка — его жена, так? Но если он не помнит, как пытался меня убить, то явно опасен если не для общества, то для меня, и так же явно не может отвечать…

— Хватит, — перебил меня Виктор. — Я понял. Ваша версия?

— Те пятеро спросили, не найдется ли работы… — начала я рассказывать.