Боло!

Я вторично просматриваю файлы в ангарном компьютере, однако не нахожу никаких распоряжений относительно моего беспрецедентно длительного пребывания в состоянии готовности. 4,062 секунды уходит на оценку вариантов объяснения. Несмотря на столь активные аналитические усилия, я не нахожу исчерпывающего объяснения сверхпродолжительной задержки, однако заключаю с долей вероятности 87,632 процента: мой командир не ошиблась, заявив, что штаб Сектора считает планету, на которой я несу дежурство, «задницей освоенного мира».

Каковы бы ни были его соображения, штаб Сектора не торопится прислать нового командира. Ввиду тревожности данного вывода я посвящаю 2,007 секунды взвешиванию вариантов собственного реагирования. Согласно моим протоколам «автономное принятие решений», я имею право на нарушение субординации и подачу вопросительного сигнала в центр управления Сектора при ситуации, отвечающей параметрам экстренности номер 4 и выше, однако проведенный мною анализ данных со спутников и коммерческой компьютерной связи между Санта-Крус и внешним миром не подтверждает наличия угрозы моему посту в настоящее время или в ближайшем будущем.

Внеся в файлы памяти пометки о повторном анализе ситуации во время следующего планового выхода в режим «нормальная тревожная готовность», я возвращаюсь в состояние «автономная боевая готовность».

2

Лоренцо Эстебан вышел из кабинета в жару и духоту. Такая погода была обычной летом на Санта-Крус.

Никто не знал в точности, зачем на Санта-Крус построили такое огромное летное поле. Оно осталось здесь еще со времен Первой войны с «Жерновами». Считалось, что военные собирались использовать Санта-Крус в качестве промежуточной базы для космического флота. То была только догадка однако не лишенная смысла, учитывая положение планеты во Вселенной.