Болевой порог

– А кто?!

– Сама упала, – растянула губы в подобии улыбки, потому что помнила о больном сердце старушки, – ты только меня ни о чем не спрашивай сейчас, ладно? – сбивчиво прошептала ей на ухо, – я тебе потом все расскажу.

Когда придумаю для тебя щадящую версию.

- Бедная моя девочка… – качнула она головой, – натерпелась ты…

– Пойдем блины печь. У меня рецепт новый есть.

***********************

Лежа на диване в гостиной, я думала о нем. Не о том, с чего завтра начать свою новую жизнь, где искать работу.

Наверное, хотел, как лучше, а получилось то, что получилось. Жалела ли я о том, что случилось? В больнице у меня была уйма времени размышлять об этом… Нет. Не жалела. Наверное, кто-то наверху, увидев мои страдания, послал мне избавление.

Я не обрадовалась, когда, очнувшись в реанимации, поняла, что жива. Но и не расстроилась. Просто приняла как данность. Наверное, становлюсь фаталисткой.

Во время лечения ко мне каждый день наведывалась психолог. Не знаю, для чего она настырно пыталась залезть мне в душу, если я в самый первый визит сказала, что в ее услугах не нуждаюсь. Не спорю, после жизни с Шевцем не помешала бы психологическая помощь, но мне претила мысль, что в моем грязном белье будет ковыряться чужой человек.

***********************

Соскочив утром с дивана, я метнулась в туалет. Меня сильно тошнило. Врачи предупреждали, что из-за сотрясения мозга и анемии может беспокоить тошнота. А так же головокружения и слабость. Со временем, при соблюдении всех рекомендаций, все должно прийти в норму.

Опорожнив желудок в унитаз, я заставила себя помыться и хотела уже выйти, как услышала в прихожей голоса.

– Олька! Явилась, таки!

О-о-о! Сейчас начнется!

– Здрасти, тетя Таня! – громко заявила я о своем присутствии.

– Здрасти – здрасти… Нарисовалась, значит!

– Ага, фиг сотрешь…

– Хороша-а-а, ничего не скажешь, – бесцеремонно оглядела меня с головы до ног, – космы где свои потеряла?

– Вши завелись. Пришлось состричь.

– Алла сказала, ты со своим разбежалась…

– И?..