Богоборец (СИ)

В какой-то момент их противостояния цена поднялась выше ста тысяч рублей.

— Вот же мерзкая сука! Не знает, когда нужно остановиться! Я ей это ещё припомню!.. — яростно прорычал Боровский.

— Сто пятьдесят тысяч рублей! — во всеуслышание объявил жирдяй.

С разных сторон послышались шёпот и вздохи. Видимо, для местной публики данная сумма была заоблачной.

Скривившись, соперница Боровского не стала поднимать ставку ещё выше. Данный лот отошёл толстяку. Это, если честно, меня огорчило. Если судить о том, что из себя представляет жирдяй, судьба у бедного кицунэ незавидная.

— Дамы и господа, прирученные монстры отошли своим хозяевам и пришло время следующего, заключительного лота, — объявил распорядитель. — Я хочу вам представить редкий, ценный и, главное, дорогой артефакт! Гвоздём программы становится магический детектор. Этот особый артефакт очень ценится археологами, но также может быть полезен и в повседневной жизни. Магический детектор способен обнаруживать другие артефакты на большом расстоянии и указывать их точное местоположение.

Именно такой артефакт Лена пыталась достать с помощью Софии. И сейчас, смотря на сосредоточенные взгляды Лисицына и его дочери, я понял, зачем они сюда пришли.

Ранее Лисицын не сделал ни единой ставки, игнорировал все лоты. Видимо, он решил поберечь свои деньги, чтобы увеличить шансы выиграть магический детектор."

"Участники начали делать ставки. На этот лот не было такого ажиотажа, как на алхимию или монстров. В какой-то момент к торгу подключился Лисицын.

— Сорок тысяч рублей!

Лицо главы Лисицыных скривилось от негодования.

— Вы уже и так сильно потратились на кицунэ. Зачем вам ещё подобный артефакт, — совладав со своими эмоциями, спросил Лисицын.

— Васёк, ты можешь не переживать о моём благосостоянии. Мне денег на всё хватит, — оскалился Боровский.

— Сорок пять тысяч рублей! — объявил Лисицын, сжав кулаки от гнева.

— О-о-о, так ты решил всё-таки посоревноваться со мной? Весьма храбро с твоей стороны, — мерзко усмехнулся толстяк, не сводя взгляда с отца Лены. — Семьдесят тысяч рублей!

Я понимал, что столь высокая цена была установлена для того, чтобы деморализовать оппонента. И это у Боровского получилось на отлично. Лисицын, казалось, находился на пределе. Его челюсть была крепко сжата, а костяшки кулаков побелели от напряжения.