Бог велел делиться

Знаете, там какие санитары? Таких бы в охранники…

— И больше вы Голубкова не видели?

— Нет. Наверное, он и сейчас в психушке. Не знаю даже, выйдет когда или нет.

— И только на основании этого эпизода его, что называется, упекли навсегда? — удивилась я.

— Я не знаю, но я же говорю, что он давно у них на учете. Может быть, определили, что у него неизлечимое заболевание? Как же его отпускать, особенно если он признан опасным для общества?

«Нужно будет уточнить, что у него за заболевание, — подумала я. — А для этого придется съездить в психиатрическую больницу.

— Теперь я понимаю, что сделал Артем Николаевич, — продолжала тем временем Анжела.

— Что же? — поинтересовалась я.

— Он просто уехал к этой девушке, — пояснила Анжела. — К своей невесте. Представляете, как просто? Никто ее не знает — ни где она живет, ни имени ее, ничего. Очень просто! Можно уехать в ее родной город, жениться, взять фамилию жены и не волноваться, что тебя когда-то найдут.

— Да уж… — невольно проговорила я, сама удивляясь подобной простоте осуществления авантюрного плана.

— Да что толку думать? — возразила Анжела. — Вы все равно их не найдете.

— Ну почему? Можно постараться разузнать что-то об этой девушке. Может быть, остались какие-то ее следы, раз она частенько приезжала сюда? А может быть, о ней знает кто-то из близких людей Артема Николаевича — например, родители?

— Родители у него, по-моему, не отсюда, — пожала плечами Байкалова.

Я была вынуждена согласиться с аргументами Анжелы, но мне никак не хотелось смиряться с мыслью, что найти Березникова никак не удастся. Должен был быть какой-то выход. Интуиция подсказывала, что нужно не опускать рук и пытаться все же отыскать невесту исчезнувшего руководителя фирмы. И еще Голубков… Может быть, он что-то знает? Почему он связал Березникова с Анжелой? Нет, с этим человеком необходимо поговорить, и как можно скорее.

Когда я выясняла у прохожих месторасположение городской психиатрической больницы, те довольно подозрительно окидывали меня взглядом, и, видимо, только мой вполне респектабельный вид убеждал их в том, что со мной можно иметь дело.