Бог Гнева

Когда его насилие начнет мешать ему думать.

Когда кровь — это все, что я вижу в его глазах.

Сейчас я этого не делаю, но он к этому идет.

— Могу я хотя бы побить его?

— Ты уже это сделал.

— О, черт возьми. Николай встает, но не раньше, чем бьет парня по ребрам.

Тот ворчит, но знает, что лучше не отвечать и не оставаться рядом. Он встает, ковыляет к своему байку, который Николай заставил его бросить раньше, и убегает в противоположном направлении от заходящего солнца.

— Дети ,в наше время, такие тупые, — Николай качает головой.

— Ты имеешь в виду себя, девятнадцатилетний ребенок?

— Да пошел ты. Мне скоро будет двадцать, — Николай бросает окурок сигареты на землю и наступает на него, затем поднимает свой байк, который он практически бросил и врезался в дерево.

Выпрямив его, он опирается на него локтем и нащупывает в кармане еще одну сигарету.

— Что мы будем делать с этими тараканами?

— Пусть гноятся.

Я запрыгиваю на свой байк. Езда, предпочтительно в одиночестве, — единственное, что я люблю делать для себя.

— Разве с ними не станет труднее справиться, когда они размножатся?

— Наоборот. Мы сможем их уничтожить, когда они соберутся в одном месте.

Медленная ухмылка растягивает его губы.

— Я знал, что ты мой любимчик. Когда мы начнем?

— Терпение, Нико.

— Этому слову не место в моем ограниченном словарном запасе.

Как будто я не знаю.

Вот почему я намеренно держу Николая как можно дальше от стратегического планирования.

Мы оба принадлежим к Русской Братве в Нью-Йорке. Наши родители — нынешние лидеры, и ожидается, что однажды мы займем их позиции.

Когда этот день наступит, мы с Николаем будем поддерживать друг друга, как мы это делаем сейчас.

Я не хочу делать из него врага, иначе он убьет одного из нас в мгновение ока. А если он будет жаждать крови, то никто не сможет вытащить его из этого состояния.

— Должны ли мы сообщить об этом в штаб? — спросил он.

В штаб, то есть его родителям или моему отцу. Если они узнают, что Змеи, чьи лидеры — отпрыски мужчин, которые сидят с ними за столом внутреннего круга, охотятся за нами, они не оставят это без внимания.

Это может даже перерасти во внутреннюю войну. А нет более эффективного способа разрушить сильную организацию, чем внутренний конфликт.

Змеи знают это так же хорошо, как и мы, но им, видимо, наплевать, пока они получают то, что хотят.