Бог Гнева

Получить приглашение на посвящение в Язычник, которое проходит дважды в год, в начале каждого семестра — большая честь.

Шансы быть принятым в клуб составляют около одного процента. Мало того, что такие инициации проходят очень жестоко, так еще и основатели клуба очень избирательны.

Можно сказать, что я здесь не ради медали или реального шанса попасть в клуб. Они все равно выгонят меня, как только узнают, кто я такая.

Моя единственная цель — получить информацию об их внутренней работе, безопасности и собрать как можно больше сведений об их членах и собственности.

Вероятность того, что мне удастся сделать это, не привлекая к себе внимания, составляет около пяти процентов, что, безусловно, мало.

Но у меня есть суперсила.

Невидимость.

Если я захочу, я могу незаметно проскользнуть в любую комнату. Все, что мне нужно делать— это молчать, сливаться с фоном и двигаться плавно.

Скрип ворот вырывает меня из напряженных мыслей, возвещая об окончании процесса приема.

Сотня студентов выстраивается в пять аккуратных рядов.

Такие слова, как «взволнован», «не могу дождаться» и «наконец-то», парят в мрачном воздухе с энергией искаженной колыбельной песни.

Все в этом месте воняет искажениями. Отчасти это ощущение связано с тем, что особняк, который Язычники используют в качестве своего комплекса, огромен, стар, имеет соборные вибрации и может быть использован для проведения сатанинских ритуалов.

Он огромный, трехэтажный, с отдельными крыльями и двумя восточными башнями, которые, как я полагаю, используются для наблюдения.

Внутри и вокруг его стен витает атмосфера призрачности, что соответствует печально известной репутации клуба.

Учитывая тот факт, что особняк расположен за пределами кампуса, и поэтому имеет больше земли, чем общежития, он огромный и, что самое главное, уединенный.

Большой лес окружает особняк, но, как я слышала, он весь обнесен проволокой, за ним ведется наблюдение, и ни одна душа, кроме Язычников или тех, кого они пригласят, не имеет доступа.

Двойные двери с ручками, похожими на демонические, распахиваются, и бесчисленные люди в масках кроликов выбегают наружу в море ужаса.

Не произносится ни слова, но сочетание ускоряющихся шагов, обезображенных взглядов и количества людей достаточно, чтобы заставить меня замереть.