Боевая единица

 – А что, найти его легко?

– А что его искать? – Павел скептически хмыкнул и пояснил: – Времена такие, что скоро самим от них прятаться придется. Тебе для чего он нужен?

– Мне надо получить доступ к сети сайтов… закрытых сайтов. Но защита там несерьезная… вроде бы. И у меня есть пароли доступа, но только как пользователя системы, ничего создавать я там не могу.

– Понятно. Ты вот что, создай файл с адресами этих сайтов, а я его сброшу по почте одному… хорошему человеку, если сложностей не возникнет, то к утру он может уже все сделать.

– Так быстро? – удивилась Лина.

– Не беспокойся, я лично его потороплю, – усмехнулся мужчина.

Выходов из зала не обнаружилось, что несколько удивляло – ведь воздух был свежий. Скорее всего, где-то под потолком располагались вентиляционные проушины, но сомнительно, что в них можно будет пробраться. Матвей, правда, обнаружил парочку арок, заложенных кирпичом, а так как в ходе осмотра местности они нашли несколько ломов и кувалду с металлической рукоятью, то можно попытаться пробить эти стены.

Расположиться удалось с некоторым комфортом. В одной из ниш обнаружили кучи пустых мешков, каждый устроил себе более-менее удобное ложе, лестницу вниз забаррикадировали ящиками. Если подземных скитальцев выследят твари из Клетки, то не смогут подкрасться бесшумно.

Воспитанница возилась дольше всех, копошась среди мешков, она пыталась устроить себе нечто вроде подушки.

– Старкова, ты спать собираешься или все ждешь, когда тебе кофе в постель принесут?

– Сейчас, извините.

Девочка свернула несколько мешков, подбила их под голову, притихла, и уже сонным голосом произнесла, ни к кому не обращаясь:

– Странное какое-то место. Кто-то здесь работал, долго и упорно, но не осталось ничего, что напоминало бы об этих людях. Ни обрывков писем, ни остатков еды, фотографий на столах, сувениров, надписей… Ничего.

– Убрались просто хорошо, – буркнул старик. – Вон, даже выходы замуровали непонятно зачем.

– Нет, так не бывает, – упрямо возразила девочка. – Люди, где бы ни находились, всегда что-то после себя оставляют индивидуальное, личное. Даже после узников тюрем и концлагерей на стенах находят надписи, а здесь… Странно.

Странно.

КамАЗ стоял на тихом пустыре, каких немало можно найти в самом многолюдном мегаполисе.