Безумное знакомство (СИ)

Самого Клима это, казалось, раздражало, как я заметила. Он покосился на меня краешком глаза, как бы интересуясь, заметила ли я.

— Я уже говорил тебе, Федор. Зови меня Клим. Господин Громов это мой отец.

— Конечно госп… то есть, я имел ввиду, Клим,— ответил Федор,— У вас есть багаж, господин Громов?

Клим зарычал.

— Перестань называть меня господин, черт побери. И, нет, никакого багажа. Только две сумки.

Я подавила смешок.

— Что смешного? — спросил он меня

— Ничего. Только ты, — я сжала его руку

— А как насчет меня?

— Почему ты не хочешь, чтобы он называл тебя господин Громов? Он просто проявил уважение.

Клим фыркнул.

— Это сложно. Но он не проявил уважение, он подлизывался. Я ненавижу это.

Клим поднимался вверх по узким ступеням в глубь самолета, отрезав любые вопросы с моей стороны. Я последовала за ним. Меньше, чем через минуту, Клим сидел в глубоком коричневом кожаном кресле с сотовым телефон, прижатым к уху.

Он указал пальцем в кресло напротив него и отвернулся. Он полностью погрузился в дела, с тех пор как ему позвонили вчера рано утром.

Он превратился из милого, внимательного любовника в бизнесмена, у которого было мало времени и терпения, чтобы добраться в аэропорт и на наш рейс. В течение часа он сделал мне паспорт, несколько звонков и договорился, чтобы мои вещи забрали из дома Данила, упаковали и доставили на хранение в дом Клима.

Тревожные звоночки звучали у меня в голове, особенно теперь, когда я сидела в частном самолете. Сиденья были оббиты дорогой кожей, а с обратной стороны на каждом подголовнике было вышито замысловатое «Г»

«Г» как Громов?

Я села в кресло, на которое указал Клим, уставившись широко открытыми глазами на экстравагантность вокруг меня.

Здесь был полностью укомплектованный бар вдоль одной стороны и огромный плазменный телевизор с другой. Через открытую дверь я могла видеть ванную комнату лучше, чем в доме моих родителей, а через другую, спальню, почти такую же большую, как в моей квартире. После пяти минут раздачи указаний по телефону, Клим положил его и повернулся ко мне.

— Ты когда-нибудь летала чартером раньше? — спросил он.

Я отрицательно покачала головой.

— Я никогда не летала раньше.

— Ты никогда раньше не была в самолете? Не улетала за пределы страны?

— Клим, я никогда не уезжала из Москвы. Я однажды была в Питере, с Данилом, но на этом все.

Он поднял бровь, жест, который как я выучила, мог выразить больше, чем тысячу слов.

— Хорошо,— сказал он,— Тогда, наслаждайся.