Бездушный принц

Лучше отвали, пока я не позвал их начистить твою белоснежную рожу.

Неплохо, бро. Для того, кто не привык запугивать, прозвучало довольно угрожающе.

Но, вообще-то, мне не нужна защита. Я подаюсь вперед, чтобы оказать рядом с Себастианом.

– Да, вали обратно в свое миленькое поместье. Хочешь поиграть в гангстера? Ты просто политическая шлюшка. Что ты сделаешь? Заштампуешь нас до смерти?

Кэллам Гриффин останавливает на мне свой ледяной взгляд. У него бледные глаза и густые темные брови. Это выглядит неестественно и неприятно.

– Ты права, – мягко отвечает он. – Мне нужно заботиться о своем имидже. Но вот что забавно… кажется, тут больше никого нет.

Это правда. На пирсе пустынно. Чуть дальше, на Дивижн-стрит, в магазинах полно людей, но они слишком далеко, чтобы услышать, если я закричу.

Горло сжимает страх.

Меня не так-то просто напугать, но сейчас мне не по себе. Несмотря на свои слова, я не считаю Кэллама слабаком. Он высокий, мощно сложен. А главное, смотрит на меня сверху вниз без толики страха. Не размышляет, как поступить.

Гриффин кивает своему мордовороту. Боксер делает шаг вперед и принимает боевую стойку. Прежде, чем я успеваю вскрикнуть или пошевелиться, он наносит Себастиану четыре удара в лицо и два в живот.

Из носа брата льется кровь. Он охает и складывается пополам. Себ пытается дать отпор – все мои братья так или иначе учились драться. Но если Данте и Неро практиковались прямо на улицах, то интерес Себастиана всегда был скорее спортивным, он не склонен к жестокости.

Вся драка занимает от силы секунд десять. Я не стою на месте – пытаюсь ударить громилу со спины и даже один раз успешно прописываю ему в ухо. Он отпихивает меня с такой силой, что почти сбивает с ног.

Тогда я переключаюсь на Кэллама. Мне удается один раз ударить его прямо в челюсть, в ответ он сильно толкает меня в грудь, и на этот раз я действительно падаю назад, ударяясь затылком о перила пирса.

Кэллам выглядит немного испуганным, словно он такого не ожидал. Затем лицо мужчины ожесточается, и он говорит:

– Где мои часы, вы, гребаные дегенераты?"

"– Нет у нас твоих часов, – отвечает Себастиан, сплевывая кровь на деревянный настил пирса.

У меня есть часы.