Измена. Вернуть истинную (СИ)

Потом эта игра закончится так, как я сказал. И, Лея…

Он резко сжимает моё плечо, когда я прохожу мимо него. Поворачиваю голову, смотрю на него недоумённо.

— Если узнаю, а я обязательно узнаю, что ты с кем-то здесь путаешься, всё закончится намного раньше, имей в виду.

От возмущения у меня челюсть чуть не падает на пол! Это ОН мне будет делать внушения насчёт морального облика?!

— Иди уже, — мягкий толчок между лопаток и дверь за спиной закрывается.

Переминаюсь с ноги на ногу в приёмной миссис Грон. Нет, это надо, а! Ещё и унизил напоследок! Первым порывом — вернуться и высказать всё, что думаю!

Разворачиваюсь, сжимаю дверную ручку, затем опускаю её.

В Бездну! Как бы то ни было, я своего добилась — выиграла время. Вот только не так много, как хотела.

Иду быстрым шагом по коридору, приподняв юбку, сбегаю вниз по лестнице. Три недели пролетят незаметно, и мне следует заранее придумать, как остаться в Академии навсегда. После очередной его лжи насчёт библиотекарши я не верю ни единому слову Аррана Мэрвира и не дам загнать себя в клетку, из которой с таким трудом выбралась.

17. Сомнения

Лея.

За окном стремительно темнеет. В больничной палате спокойно и тихо. Пахнет спиртовыми настойками и горькими травами. Привычная учебная суета осталась далеко за пределами лекарского крыла.

Здесь всё иначе. Время словно замедляет свой бег. И мы даже говорить стараемся неторопливо и тихо.

Вейра неподвижно лежит на спине, вытянув поверх одеяла тонкие руки с проступающими синими венами.

Сглатываю и отвожу взгляд. Я слишком хорошо помню, что под повязкой. Чёрные выжженные глазницы…

Ри стоит спиной к окну, скрестив на груди руки. Мэл тихо читает вслух тему по взлому защиты, которую мы проходили сегодня на магических плетениях. Как она сообщила нам с умным видом, мозг способен воспринимать информацию даже во сне.

— Даже без души? — скептически изгибает бровь Ри.

Мэл замолкает. Смотрит на Ри, затем пожимает плечами:

— Не знаю.

Улыбаюсь кончиками губ. Мне нравится это «когда», а не «если». Не хочется думать, что девочка, такая же как я, на всю жизнь останется овощем.

Тихий голос Мэл умиротворяет. Я меняю воду в вазе на прикроватной тумбочке Вейры, взамен увядших ставлю свежие цветы, которые мы срезали в оранжерее. Алые драконфлосы кажутся неуместным ярким пятном в больничной серости. Их настойчивый цветочный аромат заглушает запахи лекарств.