Бездарыш

Набранная ещё в гнезде вода быстро закончилась, но, как выяснилось, даже в этой пустынной местности встречаются-таки родники. У одного из них нам как раз и пришлось вступить в бой с убитым вчера Рыжим шестилапым волчарой.

Зверь, побольше встреченного некогда мной, устроил засаду вблизи водопоя. Стоило нам спуститься в заросшую кустами ложбину, как волк бросился на нас, выскочив из укрытия. В тот момент я узнал, что мой хмурый спутник не просто могучий боец с троеростом под потолок Тверди, но и опытный охотник. Впрочем, другие сюда попадают нечасто.

Рыжий Йок загнал волку в глотку копьё одним точным ударом, и на этом всё быстро закончилось. Не один я такой умный. Как потом объяснил бородатый ворчун, это – единственный всем известный приём, который гарантированно приносит победу в бою с шестилапым зверьём. Можно ещё через глаз достать, но так проще. Рядом с Рыжим мне ни один здешний хищник не страшен. Шакалы, вараны и змеи ему не соперники, как и местные волки.

Еда пока есть. Выданного нам в дорогу массахами хватит ещё на седмицу, так что на охоту время не тратим.

Порошка-отгонялки запас в разы больше. Идём быстро, спим оба, без ночного дежурства, ищем норы, высматриваем ходоков и молчим.

Единственный, начатый мной разговор, который Рыжий Йок поддержал, касался того отряда людей, что обчистил меня. На моё предложение попробовать разыскать тех ребят, молчун выдал целую речь про тупого пацана, который никак не поймёт, что человек человеку на Суши либо напарник, либо соперник. Крупная группа людей сразу с несколькими четвёрками во главе неспроста бродит в этих пустынных краях.

Обмануть пустолобыша – дело святое. Нам не выгодно к ним прибиваться.

Почему – если честно, я так и не понял. В чём у тех людей выгода нас убивать? Ясно, что оружие мне никто не вернёт, но так норы же закрывать нужно вместе. Чем народа в группе больше, тем лучше. Но Рыжий объяснять что к чему отказался. Наверное, просто боится, что у него отберут семена и бобы.

Кстати, сколько он чего взял с ходока, тоже мне не рассказывает.

Как и про всё остальное молчит. Ничего я про Рыжего так и не знаю. Сушь хоть и глушь сплошная, а всё равно любопытно, что у него за дары. Наверняка, их немало. Про мои-то он, ещё когда меня к норе на носилках массахи тащили, всё в подробностях выспросил, а про свои говорить отказаля. Скрытный дядька. Но сильный. Под его защитой я и с единственным ножом хорошо себя чувствую. Ходоку-ветродую он секирой башку раскроил. Хоть тут я из него пару слов сумел вытянуть.