Без права на ошибку

Потом, речь медленно перетекла к будущим и нынешним журналистам, которые пишут «чушь собачью» только бы попасть на «первую полосу» крутого журнала и получить как можно больше денег. Далее шли еще какие-то рекомендации и рассказы о деятельности журналиста, но во мне уже бушевала буря негодования."

"Через час, когда Денис Авдеев закончил свой рассказ, ректор обернулся к нам и спросил, есть ли у нас какие-то вопросы к нашему дорогому гостю.

Мое сердце глухо стучало он волнения, а ладони вспотели, но я подняла руку вверх и поднялась с места, не сводя взгляда с этого «дорогого гостя».

– Представьтесь, пожалуйста, – Авдеев сел в кресло и деловито закинул ногу на ногу.

– Зорина Екатерина Андреевна, – я стояла перед ним, и меня раздражало, что он передо мной СИДИТ. Это просто какое-то неуважение!

– И какой у вас вопрос, Катя? – мужчина не сводил с меня взгляда.

Я сделала вдох, продолжая смотреть в его глаза, из принципа не желая отворачиваться.

– Денис Олегович, – начала я и все затихли.  – В процессе своего выступления, вы сказали, что многие журналисты пишут небылицы о знаменитых людях, чтобы попасть на «первые полосы».

– Да, я такое говорил, – кивнул Авдеев.

– Хочу лично у вас спросить, а вы никогда не давали повода, чтобы журналисты писали о вас нехорошие статьи? – выпалила я, выражаясь как можно мягче.

Мне показалось, что мы с ним остались один на один. В актовом зале повисла такая тишина, что она буквально оглушила. Мужчина смотрел на меня равнодушным взглядом, а потом тот изменился – в его глазах появился некий интерес, и на губах бизнесмена промелькнула ухмылка.

– Зорина! – воскликнула куратор где-то за моей спиной, но я не обернулась, к ней, хотя поняла, что она хочет, чтобы я заткнулась.

– Нет-нет, – Авдеев неожиданно поднялся с места. – Все нормально, я отвечу на заданный вопрос нашей юной журналистке, – он засунул руки в карманы и сделал пару шагов ко мне. – Я никогда не давал повода писать журналистам гадости обо мне. У меня безупречная репутация, чего и всем желаю, – он прищурился. – Вы, Екатерина, очень прямолинейная. Думаю, из вас получится хороший журналист и «чуши собачьей» вы писать не будете.