Без очереди. Сцены советской жизни в рассказах современных писателей

В мои обязанности входило сидеть в комнате под лестницей, куда передавали информацию со съезда и фотографии участников. Я компоновала всё на больших ватманских листах, и получалась газета, которую несколько раз в день вывешивали у входа в зал. В обеденный перерыв участникам и пресс-службе раздали талончики на обед. Где-то в районе Динамо находилась фабрика-кухня из четвертого сна Веры Павловны.

Я было сунулась в зал на первом этаже, где на длинных столах, покрытых белыми скатертями, горками высились разнообразные по цвету и форме закуски.

На втором этаже все оказалось значительно круче. Круглые столы на шесть-восемь человек, вышитые скатерти, натюрморты из черной и красной икры, балыка и севрюги, пирожков и кулебяки на четыре угла… О, где вы, Николай Васильевич?!"

"За столом уже сидели несколько ничем не примечательных мужчин. Я решилась и культурно придвинула к себе одну из вазочек с волшебными коралловыми икринками, когда увидела, что к нашему столу направляется Он! Иностранец, поняла я, – таких ухоженных мужчин я еще никогда не встречала на просторах нашей родины.

Это был человек лет сорока с посеребренными висками и удивительной, нездешней стрижкой, спортивной фигурой теннисиста. Одет он был в мягкие замшевые мокасины, твидовый пиджак и темную водолазку. Вежливо кивнув, иностранец сел напротив меня. Понимая краткость момента, я распустила хвост.

– Вот, оказывается, где кормят людей, – защебетала я, обращаясь как бы ко всем.

Кто-то засмеялся, другие молча ели. Мой визави одарил меня очаровательной улыбкой и снова кивнул. Заметив, что он ест селедку под шубой, я спросила, вкусно ли, и получила полный отчет на чистейшем русском языке.

К концу дня в пресс-центр принесли фотографии и информацию о почетных гостях съезда: “Полковник комитета государственной безопасности”, – внутренне немея, прочитала я.

СобеседованиеКак ни странно, никаких плохих последствий эта встреча для меня не имела. Хотя времена после чешских событий 1968 года ужесточились и гайки подкрутили, но треп обывателя вряд ли мог заинтересовать личность такого масштаба. Переждав на всякий случай несколько дней, я продолжила собирать документы для Польши.

Теперь мне предстояло пройти заседание профкома Союза художников.