Без дракона не продашь!

Эдвард застрекотал и, бойко махая, бросился Гавнюше в лицо.

- Мамочки! Мама! – закричал будущий правитель, закрывая пропитую морду руками. – Летучая мышь!

Эдвард в ответ воинственно улыбнулся, показав маленькие клычки.

- Ма-а-а-а-ма! – истошно завопил Гавриил.

Мужчина кое-как поднялся и, не с первого раза вписавшись в дверной проем, выскочил прочь.

Мой мохнатый спаситель сделал победный круг в воздухе и проводил труса шумными взмахами крыльев. Затем подлетел ко мне, уцепился за плечо когтями и повис, согревая пушистым пузцом грохочущее сердце.

«И, правда, волшебный зверь, - тихо умилялась я. – Помощник!»

- Герой, - ласково погладила кроху по макушке.

- Дя, - отчетливо расслышала я в стрекотании крылана и застыла.

Эдвард сказал «да»?

Или моя крыша снова решила «погулять», не спросив разрешения?

Я зажмурилась, потрясла головой, чтобы развеять наваждение. То будущие короли елозят по полу возле меня, как полозы, то летучие собаки беседы заводят. Потрясла головой еще раз. Все чудесатее и чудесатее.

Потрепала пушистую голову Эдварда и осторожно, будто кто-то посторонний мог расслышать, уточнила:

- Ты понимаешь мой язык или вдруг научился говорить?

Что спросила, сама не поняла.

Может, не «или»?! А «и»! Сразу два в одном.

- Дя-а! – мудро выдал малютка, и я подивилась разумности крылатой тварюшки.

На этот раз его «дя» еще больше походило на привычное слуху согласие.

Надо бы выбраться из дворца и сбегать в лавку за букварем и прописями для малышей. Потом и другие «развивашки» неплохо было бы подключить: ментальную арифметику, шахматы, робототехнику.

Придерживая крылана рукой, я шустро закрыла дверь и присела на край кровати.

- Скажи еще что-нибудь, - упрашивала я, с волнением заглядывая в бездонно-черные глаза-бусины.

- Кушац, - мило нащебетал Эдвард.

Я размашисто всплеснула руками, перепугала серо-бурое чудо.

Не мать, а ехидна! И о чем только думаю?!

Сколько раз мама рассказывала мне про пирамиду потребностей.

Бросила томный взгляд в сторону двери. Ну не ждать же ужина. Не понятно, когда его еще принесут. Да и вдруг титулованные особы не едят вечером фрукты.

Я чувствовала себя злостной нарушительницей, но другого выхода не видела. Не морить же крылатую кроху голодом! У меня есть достойная причина для нарушения запрета Его Высочества.