Бессмертный

— Вы хотите защитить Райана или просто думаете, что я вам не поверю? — спокойно спросил он.

Я удивленно распахнула глаза. Он, что, все знает?!

— Я никого не хочу защищать, — твердо сказала я. — И обвинять тоже.

— Они вас подставили.

— Тогда почему вы вчера промолчали? — вспыхнула я. — Ведь могли сразу же сказать, что не поверили!

И тогда, возможно, мне не было бы так обидно…

А вот после моих последних слов Тайлер помрачнел.

— Я дал Райану шанс до утра прийти и признаться. Он им не воспользовался.

— Мне жаль.

Я даже сама растерялась оттого, что я это сказал вслух. Но я вдруг осознала, что вчера враньем подставили не меня, а его, потому что мне они все равно никто, а капитан им доверял.

Тайлер удивленно вскинул брови, у него был такой вид, будто он сомневается в том, не послышалось ли ему.

— Что им за это будет? — спросила я, попытавшись сгладить неловкость.

— Вы предлагаете мне обсудить наказание одних подчиненных с другим подчиненным? — усмехнулся Тайлер, приходя в себя.

Я пожала плечами.

— Вы можете не отвечать.

Тем не менее, он ответил:"

"— Я уже разговаривал с Райаном утром, поэтому никакого секрета здесь нет. После того, как мы вернемся в следующий раз на Лондор, на борт «Прометея» он больше не взойдет.

У меня не возникло ни малейшего желания злорадствовать. Весь экипаж «Прометея» очень любил свой корабль и своего капитана. Наверное, для Ригза это решение стало ударом. Хотя, если быть объективной, это мягкое наказание, сержант просто получит новое назначение, в то время как, если бы Тайлер доложил вышестоящему начальству, он мог бы вообще попрощаться со службой.

— А остальные? — спросила я.

— Отделаются легким испугом, — многообещающе усмехнулся капитан. — Надеюсь, до них дойдет… Меня интересует другое, — он снова сделался серьезным, — вы сможете после этого нормально работать с тем же Стивом, который обвинил вас во всем?

— Да мне плевать на Кленси, — в сердцах выпалила я. — Пьяный малолетка, который чуть не наложил в штаны от страха.

Тайлер улыбнулся, но на этот раз не зловеще.

— Я рад, что мы одинаково смотрим на ситуацию.

Честно говоря, я чувствовала облегчение. То, что он мне поверил, и мне не пришлось ничего доказывать и оправдываться, для меня было очень важным.

— Что говорит Генри? — вдруг спросил Тайлер. — Как состояние ваших ребер?

Я не поняла, зачем ему это, но честно ответила:

— Драться пока запретил, тяжести поднимать тоже, а так все хорошо.

— Отлично, — чему-то обрадовался капитан.