Бессмертный

— Пойдешь со мной вместе в зал? — предложила я, не выходя из образа «самой любезности».

Ее брови удивленно приподнялись, но, как вежливая девушка, Лора тут же постаралась скрыть замешательство.

— Д-да-да, — преувеличенно быстро пробормотала она. — Почему бы нет? С удовольствием. Только зайдем ко мне, я переоденусь?"

"— Конечно, — у меня уже скулы начало сводить от этой фальшивой улыбки, но я слишком сильно хотела за штурвал, а раз Тайлер хотел, чтобы я подружилась с командой, значит, будем «дружить».

Когда аппарат по пошиву «выплюнул» мою новую спортивную форму, мы вместе направились к каюте Стэнли.

И посмотреть было на что. Помещение не выглядело каютой на корабле. Да что там говорить, моя собственная комната в родительском роме была куда менее обжитой.

На койке розовое покрывало с вышитыми на нем цветами и рюшками, на стенах с десяток маленьких картинок с пейзажами, очевидно, лондорскими.

На прикроватной тумбочке оказалось фото, совсем, как у меня самой, только на фотографии были запечатлены пожилые мужчина и женщина, очевидно родители, а рамка розовая, под цвет покрывала.

Вообще, в комнате (ну нельзя это помещение называть каютой!) преобладал именно розовый цвет.

Из всех существующих цветов розовый я ненавидела больше всего.

— У тебя мило, — промямлила я. Ага, мило, как на конфетной фабрике.

— Спасибо, — кажется, девушка не заметила неискренности в моих словах.

— Ты давно на «Прометее»? — ну не могла же она организовать этот «розовый рай» за пару дней.

— Второй год, — Лора отчего-то смутилась. — Я давно просилась к Александру, но пока я не получила диплом и соответствующую квалификацию, об этом и думать было нечего.

— О, — тут же заинтересовалась я, — так вы были знакомы до этого?

Выходит, их непогрешимый капитан все же не так уж безгрешен: набрал команду, исходя не из профессиональных качеств, а по знакомству.

— Ну да, — Стэнли же подвоха в моем вопросе не заметила. — Наши родители дружили, так что я знаю Александра с самого детства. Потом… когда… — она вдруг запнулась и явно выкинула из рассказа весомую часть.