Бессмертный

Не сговариваясь, мы с ним умудрились использовать одну и ту же легенду о друге семьи, коим якобы был Ричард Шейн. Но и Рис продвинулся не дальше меня, все, что ему удалось выяснить, это то, что Стоун был здесь некоторое время, а потом внезапно уехал, ни с кем не попрощавшись. Важными сведениями оказалось лишь то, что один из новых знакомцев Эшли обронил, что за последнее время Ричард Шейн не единственный, кто вот так ни с того ни сего покидает «Райские кущи». Правда, он связывал это с тем, что уровень сервиса падает, и, видимо, причиной скоро отъезда послужило недовольство обслуживанием или оскорбление кем-то из персонала.

Самым плодотворным день оказался у капитана. Удачно выбранная линия поведения Дэни Майса сыграла ему на руку. Он умудрился поскандалить с Гаренье, заявив, что простыни в его номере недостаточно чистые, и пока бедный управляющий проверял по компьютеру, когда и кем в последний раз менялось постельное белье, умудрился скачать местную базу данных на свой планшет.

— И как? — поинтересовался Эшли. — Не закодирована?

— Нет, — отмахнулся Тайлер, в свойственной ему манере прохаживающийся по комнате, пока мы с Рисом сидели на диване, — ерунда, внешнего доступа нет, а отсюда я взломал за полчаса. Простенький пароль.

— Раз не слишком-то охраняют, значит, противозаконная деятельность в базе не отражена, — вставила я.

— Согласен, — скривился Тайлер, и мне показалось, что соглашаться со мной ему особенно не нравится. — Но, во всяком случае, я «вытащил» карту Стоуна.

— Управляющий точно замешан, — высказала я свое мнение.

— Но один он действовать не может, — кивнул мне капитан. — Я ставлю на врачей.

— Его ставки обычно выигрывают, — подсказал мне Рис, хотя я и так была склонна верить опыту Тайлера.

Капитан же посмотрел на часы и засобирался уходить.

— Мне пора, — сообщил он, — у меня еще ужин с бывшей приятельницей Стоуна. Посмотрим, может, она знает больше, чем говорит.

Я нахмурилась при одном упоминании о Хилари. Совсем нервы расшатались. Глупая богачка, только и всего.

— Она хорошенькая? — невинно поинтересовался Эшли, а я поймала себя на том, что чертовски хочу услышать мнение Тайлера.

Но он равнодушно пожал плечами:

— Пластика во всех ее лучших проявлениях.