Бессильный чемпион. Том 3

— Я единственная из всех вас хожу в клуб по турнирному саммо, — заявляет красотка. — Мне сделать дрянных подружек Бородовой ничего не стоит.

Воздух напрягается, вибрирует, напряженный, словно перед бурей. Алла с Кали удивленно смотрят на Белоснежку, я же успеваю заметить, как Вика сдерживает улыбку. Заигрались девки, ох, заигрались, отодрать что ли их всех ремнем?

— Подружек Бородовой, — задумчиво повторяет Алла. — А ведь и, правда, — Серафима же из твоей свиты, Светлана.

— Ты на что намекаешь, болгарка? — у Светы дергается верхняя губа.

— Конечно, — ухмыляется Вика. — И как так совпало, что именно на обеденной перемене твои подружейки прицепились к ней? — она неопределенно махает в сторону Кали, не называя имени. — После вашей трапезы, госпожа?

Тем временем у изгороди кучкуется, развесив уши, моя команда.

— Похоже, сегодня выходной, — Кирилл навеселе.

— Ага, капитану сегодня строить не нас, а своих девушек, — кивает Димон.

— Прекращайте болтать, — это уже я устало вздыхаю. — Кали, пошли. Секундировать тебе буду сам. Кто-нибудь сможет купить воды в бутылках?

— Сделаем, — кивает Стас. — Парни, есть монетка?

Жребий идти к автоматам выпадает Олегу, остальные двигаются вместе с девушками за мной к клубу саммо.

В клубе турнирного саммо народу немерено. Едва мы входим в зал с рингами, ученики удивленно вздыхают:

— А почему Бес с ней?

— Они что, в отношениях?

— Теперь понятно, как простолюдинки к нам поступили…

— И чего тебе понятно? Бес — ученик, как и все.

"— Как все, говоришь. Взгляни на его прайд — там Бородова…

— О!

У четырех барышень в белых майках и синих шортах вытянулись лица. Будущие противники Кали. На Белоснежку бросает удивленный взгляд сероглазая полногрудая ученица с вырезом майки едва ли не до пупка. Княжна не обращает внимания, но скулы чуть розовеют. Точно подстава.

Вдвоем с Кали уходим в раздевалку. Девушка переодевается в красный топ и коричневые шорты. Выглядит изумительно.

— Чего так странно смотришь? — румянится она от моего взгляда.

— Да так, — ухмыляюсь. — Сопереживаю тем красоткам, которых ты порвешь.

В ее прищуренных карих глазах сверкает жесткий, безжалостный ум.

— Если на самом деле сопереживал бы — не называл бы при мне красотками.

— Подловила, — притягиваю ее за локоть к себе. — Хотел тебя подзадорить. Злость подпитывает бойца, как дрова огонь.

— Но теперь им крышка, — оскаливается девушка. — Твоя взяла.