Бессильный чемпион. Том 3

Стройная нога высунулась из-под одеяла, и ее обвивают нити света, лучи утреннего солнца, прорвавшегося между шторами. Ручейки слез на щеках княжны иссохли и превратились в дорожки соли.

Я сижу в кресле возле кровати, погруженный в медитацию. Полночи утешал и ласкал княжну, когда же она уснула, вторые полночи, как обычно, потратил на лечение астрального тела. Еще и суперчакру поднакрутил, чтобы шмалять кислотой как заправский Кмет. Нет предела силе. Моей силе, конечно.

Еще в такси княжна отпросилась у своих мам, сказав, что переночует у подруги.

Ложь во благо. Я привез девушку в пустой коттедж с уютной мансардой в том же поселке, где живут мои родители. Ранее специально купил себе тайное гнездышко на отшибе, где могу побыть один.

С тихим постаныванием княжна переворачивается, соскользнувшее одеяло оголяет бледную грудь.

Или вдвоем.

Опять мне чудятся шепотки мира. Будто кто-то обвиняет меня в слабовольности. Глупое наваждение, но все же я отвечу вам, мнимые слушатели. Будь вы еще и реальные, я бы сказал, что и безумно смелые.

"

"Женщины, большинство женщин, слабы и податливы внушению мужчин, как масло. Многих как ведьму Шартер уже не исправить, слишком всё запущено, но Алла порядочная и добрая девушка. Даже сволочной отец не испортил ее. Конечно, проще всего махнуть на княжну рукой, обвинить в предательстве и отвернуться. Проще и глупо. Бывает, за поступком человека стоят традиции и обычаи. В случае знати особо актуально. Дворянское воспитание требует от аристократок быть в девичестве преданной отцу, после венчания — мужу.

Долг перед родом превыше любви, превыше всего. Алла не могла не ответить на выпад Софии, который довел до смерти ее отца. Виноват, по сути, один я. Не уследил, не углядел. Я упустил вожжи обеих своих женщин, и они устроили обмен ударами. Стоило иметь в виду возможность подобного, когда связал себя с целым гаремом избранниц. Но я прослежу, чтобы это был последний раз, когда мы с княжной выступали по разные стороны баррикады. Когда Алла выйдет за меня, новые узы возобладают над старыми. И цели Настьевых уже не будут определяющими.

Яркие блики на веках заставляют открыть глаза. Поставленный на беззвучный телефон мигает. Названивает Сербина.

— Да, кудрявая.

— Ну Артё-ё-ём, — плаксивый голос. — Опять меня обижаешь.

— Я б тебя еще и отшлепал, но твоей кормы под рукой нет. Чего хотела?

— Умалат связался со мной. Князь нашел поставщиков в своем княжестве. Ими оказались его четвероюродные родственники.