Бессильный чемпион. Том 3

Туда, где деревья приглушат от Белоснежки с Софией крики Его Светлости …

…Возвращаюсь через пять минут. Снимаю с девушек защитный купол. Круглыми глазками-сапфирами обе зыркают на мою черно-золотую рожу. Красавчик тот еще, согласен.

— Это…это пройдет? — не выдерживает Белоснежнка.

А, блин. Слабаки грёбаные. Быстро перемерли. Эмулятор даже толком не нагрелся. Верный признак недозагрузки: черной кожи намного больше светящегося золота. И как теперь быть? Меня в родительском доме ждет праздничный стол. Собрались поздравлять с гербом.

Представляю треш. Стучусь в дверь, мама с папой кидаются с объятиями, а тут я такой красивый как черт из табакерки. Что им сказать? Ма, па, да не парьтесь. Гуталином просто намазался. Татухи сделал из светящей краски. Мода на деревне сейчас такая.

— В прошлый раз же прошло, — находится София.

Отмалчиваюсь. В прошлый раз хватало на ком сорваться, чтобы сломать эмулятор. Дофига демонов, чуть ли не сотня Рыкарей, один Полковой. Щас же беда.

Пока мильфин утекает обратно в короб, убираю Когти и помогаю сестрам подняться.

Садимся в нашу машину, благо покрышки пуленепробиваемые. Управление тоже не пострадало, только стекла и двери вынесло. Труп водителя пришлось выложить на обочину, потом люди Бородовых заберут вместе с почившими товарищами.

Я за рулем. Благодаря отсутствию дверей едем с ветерком. По звонку Софии из поместья нам навстречу выдвигается новая группа сопровождения. На выезде из леса встречаемся, пересаживаемся в другой броневик. Дым ауры я загнал глубоко в себя, поэтому девушки без дрожи в ягодицах пододвигаются ближе.

София первой решается взять меня под когтистую руку. По примеру сестры и Белоснежка бедром прижимается с другой стороны. Трется плечиком, заглядывая в мои непроглядные демонские глаза. Пододвигает свои буферочки. Так и быть — жамкаю осторожно сквозь нарядное платье, и она окончательно успокаивается. Упав головкой мне на плечо, сладко посапывает.

Достаю мобильник, звякаю маме.

— Ну как?! Ну как?!

— Получил, — изо всех сил стараюсь убавить в голосе угрожающей хрипотцы.

 — Герб мой.

— Ух ты! Поздравляю, Ваше Благородие вы моё! Это ж надо — в шестнадцать лет добиться! Сам император руку пожал! Папа весь день ходит гордый как индюк. А что родовые земли? Дали?

— Дали кусочек, но черте где, — пытаюсь коротко обрисовать ситуацию, чтоб не палиться. — Пустырь в Сибири. Ни трассы рядом, ни железной дороги.

— Ну и ладно, — не расстраивается мама. — Главное же — сам этот герб.