Японская война 1904. Книга 6

Создание флота, которое станет кормушкой для всей германской буржуазии, в итоге действительно выглядит как удачный компромисс. Землевладельцы получат заградительные пошлины, промышленники — заказы.

— А у нас, когда мы начали массово строить броненосцы и крейсера для Тихоокеанского флота, цели были примерно те же? — заинтересовался я.

— Не думал об этом, — удивился Ванновский. — Но если так посмотреть, то заказы на флот или строительство Транссиба действительно стали толчком для очень многих наших заводов.

— Вернемся к Германии, — кивнул я. — Если они готовы вкладываться во флот, то, значит, не хотели бы начинать войну до его постройки?

— Все верно, — согласился Ванновский. — Во главе плана перевооружения Тирпица стоит так называемая идея риска.

И опять что-то новое. Что-то застрял я мысленно в Азии, а про основной театр будущей войны знаю преступно мало, но… Тем больше поводов учиться.

— А что за риск?

— Контр-адмирал Тирпиц рассчитал, что если германский флот наберет силу до двух третей от английского, то любое прямое столкновение с ним для Британии станет слишком рискованным. В том смысле, что они уж слишком ослабнут перед другими своими противниками. Однако… — неожиданно сменил направление мысли Ванновский. — Прямо говорить о том, что Германия нацелена на мир, нельзя. Голоса тех, кто считает, что война здесь и сейчас тоже решит любые проблемы, звучат все громче.

— Опасаются, что они смогут перетянуть кого-то на свою сторону?

— Именно. И Тройственный союз с 1882 года не стал сильно крепче. Австрия с Италией до сих пор тихо лаются из-за Трентино, Южного Тироля и Далмации."

"Трентино и Тироль — это Альпы, Далмация — примерно современная Хорватия. Сейчас они принадлежат Австро-Венгрии, но вот итальянцы считают их частью «Неосвобожденной Италии».

— Забавно, — неожиданно задумался я. — Из-за той же Австрии у Германии проблемы еще и с Османской империей. Формально союзник, но официально споры из-за Балкан заставляют держать турок на расстоянии.

— И нас, — напомнил Ванновский.