БЕСсильный чемпион

Сидя в сторонке, Элла задумчиво смотрит в окно. В воспитательный процесс не вмешивается. Тихо ждет, когда закончу. Как педагог понимает – тигр должен пугать шакалов одним своим видом, иначе не отстанут, будут кружить рядом, облизываясь, поджидая удачного момента.

Закончив, вытираю руки протянутыми Эллой салфетками.

– Спасибо.

– Пора, Артем, а то время уже позднее, – смотрит девушка на часы. – Домой, не волнуйся, тебя подвезу.

Чудо, а не женщина!

Мы оставляем позади два вырубленных тела. Усаживаемся в машину, Элла заводит двигатель и выруливает в темноту.

– Что случилось?

– Накатило, – шепчет. – Сейчас пройдет, только не отпускай меня.

Понятно – нервный срыв. Крепче сжимаю девушку.

– Все хорошо, солнце, – шепчу в нежное ушко. – Я с тобой, никто тебя не обидит."

"– Не говори со мной как с ребенком! – плачет она.

Она плотно вжимается в меня, водит мокрым носиком по моей шее. Добирается до моего лица.

– Ну чего ты замолчал? – выдыхает она мне в губы.

– Чтобы ты не ощущала себя ребенком, – не могу оторвать взгляда от ее глаз, наполненных слезами и лунным светом.

– М-м… и что нам делать?

– Целоваться, как взрослые. – Наши губы соединяются, языки сплетаются, и Элла стонет, не сдерживаясь.

Моя рука скользит по ее спине, ныряет под брюки и замирает, обожженная терпким соком.

Боже, какие трусики мокрые! От их влажности хочется зарычать.

Отдыхаем от пылкого поцелуя, судорожно хватая ртами воздух. Наклоняюсь чуть-чуть и вожу языком по шее. Мои пальцы теребят кружева трусиков, гладят круглые ягодицы. И между ними. Девушка вся плывет от касаний и словно дымится там, внизу. Держу ее, прижав к груди. Балдею от запаха жаждущей секса женщины.

Проносится мимо машина, свет фар на миг ослепляет нас.

– Нам нельзя, – вдруг понимаю я.

– Опять ты, а не я, ведешь себя по-взрослому, – вздыхает Элла и целует меня в щеку. – Спасибо.

С неохотой покидаю промокшие насквозь трусики. Завитки на лобке на прощание щекочут между пальцев.

Девушка усаживается обратно за руль. Какое-то время едем, света фонарей и автомобильных фар вокруг становится все меньше и меньше, пока не исчезает совсем.

– Приехали, – заявляет куратор.