БЕСсильный чемпион

И мы вместе с ними.

То, как испуганно озирается Кали, меня забавляет. В прошлом мире боевую подругу не страшили ни душные лабиринты подземелий, ни черные от гарпиусных стай небеса. Зато предстоящий светский прием почти вводит ее в тряску.

– Ты выглядишь ослепительно, – пытаюсь подбодрить девушку.

– Правда? – косит на меня взглядом подведенных глаз.

– Ага, даже пожалел, что в партере сидим.

– Почему?

– Огромный его минус – там нельзя целоваться.

– Пошляк, – обругивает она меня тихим, но довольным голосом.

"Мой локоть чуть подотпускают. Раз боевой дух подруги в норме, можно и ускориться. Пройдя насквозь колоннаду галереи, мы попадаем в длинный банкетный зал. Гостей около сотни человек. Не знаю, много это или нет для подобного приема. Но цвета саммо тут точно хватает. Десятки Рыка-рей, несколько Полковоев и даже парочка Воевод.

– Какие все здесь красивые, – со вздохом подмечает Кали эстетичную сторону.

Ну да, девушки щеголяют в роскошных платьях, подотканных бриллиантовой или золотой нитью.

Но и Кали ничуть не хуже – в вечернем платье и туфлях-лодочках, со старинными серьгами, инкрустированными драгоценными камнями. Отец у девушки средней руки предприниматель, и поэтому дочь принаряжена. А вообще мне надо быстрее о деньгах позаботиться. Даже грустно, что в честь вечера не преподнес своей Кали дорогой подарок, например, какое-нибудь ожерелье с бриллиантом.

Мужчины одеты однотипно – смокинги и бабочки, разве что кто-то глянцевыми черными запонками щеголяет. На мне неброский костюм подешевле.

– Артем, – к нам подплывает София в золоченом платье с пышной юбкой. Ее роскощные серебряные волосы собраны в высокую прическу, подчеркивающую идеальный овал лица и лебединый изгиб шеи. За руку ее держит какой-то аристократ с черной бороденкой.

Мы встречаемся с ней взглядами, а Кали застывает, ошеломленная броской красотой княжны.

– Госпожа Ольга Менская. Ее светлость София Бородова. И милостивый сударь? – гляжу вопросительно на аристократа.

– Дворянин Зоев, – с явной неохотой отвечает тот. – Константин.

– Ваша светлость… – делает кивок Кали и затем еще один, заметно короче для Костяна. – Ваше благородие.