БЕСсильный чемпион

Тем временем мы уже доковыляли до женского крыла общаги. Шум разбудил девчонок. Повключали свет в комнатах, высунулись из окон. Куча прелестниц в сорочках, клетчатых пижамках и маечках. Сверкают ложбинками грудей и распаляющими ключицами. Удивленно хлопают ресницами на лесоповал под окнами.

Вот и разобрался по-тихому.

– Артём?! – слышу удивленный голос, не разберу чей. Не до светской беседы сейчас.

– Бесонов?! – наверное, Журавлева.

– Грязный простолюдин?! – ну это точно Белоснежка.

Шарик же решил, что серебро ему не идет, и стал вырывать нити из мяса.

– Сынок, отойди! – слышу громогласный бас появившегося вдалеке Рыкаря. За бородачом виднеются еще безопасники.

Шарик вдруг замирает, принюхивается. Почуяв дух Рыкаря, отскакивает в сторону, волоча не отцепленные нити со стволами.

– Это вы отойдите! – ору охране. – Тварь чует вашу силу! Сейчас она испугается и удерет опять! Назад!

Рыкарь замирает на полушаге и чешет пятерней бороду.

– Что ты несешь? Как я уйду?! – он снова ускоряется.

– Замрите! – резко вскидываю руки. – Послушайте! Видите эти сети – они мои, моя техника! Я спеленаю тварь, и тогда, только тогда вы прибежите и сожжете ее. А пока отступите за четвертый корпус. Поверьте, если оплошаю – вам стоит только показаться и тварь сдует вон. Риска нет.

– Но не для тебя! – замечает Белоснежка сверху.

Аррр! Вот кто ее просил соваться?!

– Я справлюсь!

– Граф Минаев, это очень авантюрно – довериться ученику… – не слушая меня, Света лечит Рыкаря.

Вот стерва! Ну, сама напросилась. Яка, твой выход. Вдох-выдох.

– КНЯЖНА. ЗАМОЛЧИ.

Тихо, словно весь лицей вымер. Даже Шарик перестал хлюпать пастью. Зырит настороженно.

Гляжу на окна. Опаньки, столько влюбленных взглядов мне в жизнь не выпадало. Поспел малинник. Все девушки вдруг стали поправлять волосы, выпячивать вперед груди, чуть оттягивать вниз воротники сорочек, приоткрывая бледное, нежное…

– Из окна не вылети, – говорю одной барышне, чья колоссальная грудь пятого размера, кажется, вот-вот перевесит остальное очень тоненькое тельце.

– Д-да, с-спасибо, – хватается она за подоконник, не отрывая от меня огромных синих глаз. – А ты…

– А я занят.

– Д-да, хорошо, – и улыбается счастливо, будто ее рок-звезда послал.

Белоснежка стоит в ступоре и теребит серебристые локоны. Моргает золотыми глазками.