Бесприданница. Графская дочка

Зерина тут же заподозрила подвох, перебирая каждую карту и поднося к глазам, будто пыталась разглядеть метки. Адита тем временем сняла с пальца кольцо с сапфиром и бросила его в центр стола – ""для настроения"".

Мне пришлось поставить старый серебряный подсвечник, который валялся на камине. Ричард как-то говорил, что он ""исторический"", но сейчас он скорее напоминал кривую палку с налипшим воском.

Первые раунды прошли вяло. Драконицы сбрасывали карты с таким видом, будто раздавали милостыню.

Ольгана, нервно постукивая ногтями по столу, раз за разом собирала комбинации из земляных клыков, ворча, что ""игра для простонародья"". Зерина же, выложив три воздушных пера, тут же заявила, что это ""королевская рука"", хотя по правилам хватило бы и двух.

Все изменилось, когда Адита неожиданно выиграла три кона подряд, забрав мой подсвечник и жемчужную брошь Ольганы. Та покраснела, как её волосы, и швырнула в ставку золотую заколку с рубином. Я, вспомнив трюк из древних земных посиделок, начала сбрасывать слабые карты раньше, оставляя сильные на концовку.

Когда Зерина снова заверила, что её два огненных когтя – ""непобедимы"", я молча выложила четыре водяные чешуи.

– Это ж… – Адита ахнула, уронив веер.

– Чистая победа, – пожала я плечами, забирая её сапфировое кольцо."

"Ольгана фыркала, что в её роду ""так не играют"", но продолжала ставить. Зерина, потеряв пару серёг, стала требовать сменить колоду, а Адита, оставшись без украшений, вдруг предложила ""ставки на будущее"".

К тому моменту, как в дверь постучали с вопросом об ужине, на столе лежала груда побрякушек, а в воздухе витала смесь раздражения и азарта. Только треск догоравших свечей напоминал, что за окном уже давно стемнело.

Глава 46

– Моя жена – гадалка. Дожил, – ворчал тем же вечером Ричард, раздраженно вышагивая по комнате взад-вперед. Его сапог цеплял краешек ковра, отчего тот съезжал и морщился, как раздраженная кошка.

– После семейного ужина (на который драконицы, слава всем богам, не остались) мы с ним заперлись в своей спальне. Я разбросала выигранные безделушки частично по комоду, частично по постели: сапфировое кольцо Адиты закатилось под шкатулку с нитками, а золотая заколка Ольганы торчала из щели между зеркалом и рамой. И уже там я рассказала и о гадании на чайной гуще, и об игре в карты «на интерес», попутно пытаясь распутать узел на шнурке корсета.