Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

Гостя из «верхних» числомиров (впрочем, он мог и не знать, что это такое) обнаружить в своей голове он не ожидал.

Прохор, уже не обращая внимания на блокировку своего присутствия, в панике попытался в четвертый раз пробиться из головы «родственника» в поток «движения без движения», но снова потерпел неудачу. Шлепок, вернувший его обратно, дружеским назвать было трудно, от него начинал «болеть копчик», выражаясь фигурально, и мутилось «в голове».

Создавалось впечатление, что на его пути вставала невидимая силовая стена, в которую он врезался, как пуля, выпущенная из карабина, и отражался от неё, как луч света от зеркала, получив вдобавок толчок «в зад».

«Родич» встревожился основательно.

Прохор почувствовал его нарастающее возбуждение и одновременно желание помочь. Этот житель фрактально-колеблющегося мира не испугался, как следовало ожидать, он был готов принять гостя и предложить ему убежище!

«Прошу прощения, — заговорил «взмокший» от усилий оставаться невидимкой Прохор. — Я не хотел вас тревожить».

Новый всплеск эмоций, по большей части положительных, — мысли «родича» не воспринимались вообще, будто он и в самом деле не думал, — подсказал гостю, что его здесь ждали.

«К чёрту! — не поверил Прохор. — Надо убираться отсюда!»

Где-то неподалёку раздался вой, на «улице» показался экипаж, формой напоминавший прозрачно-зеркальный огурец. Из него посыпались на «тротуар» пассажиры — странные существа, составленные из шестерёнок, гаек, винтов, болтов и металлических с виду деталей.

«Родич» внезапно бросился бежать.

Прохор опешил, не ожидая такого развития событий, потом предположил, что это местная полиция. Хотя, вполне возможно, это были Охотники, сначала запершие формонавта в голове местного «Прохора Смирнова», а затем получившие сигнал, что гость прибыл.

Прохор затаился, лихорадочно соображая, как вести себя в создавшейся ситуации.

Сбежать из головы «родича» он не мог, непонятным образом его сознание-личность заперли в сознании-личности местного математика (впрочем, это ещё вопрос — математик он или вообще без образования). Но и подсказать ему, что делать, Прохор тоже не имел возможности, по-прежнему не слыша мыслей «родственника». К тому же он не знал особенностей «мира перемноженных репьюнитов». Оставалось только ждать, чем всё закончится, и по мере возможности пытаться сбежать.