Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

— Комбезов больше нет?

— Нет, — ответил Мясоедов.

— Значит, пойдут так. А нас не заметят? У охраны должна быть система видеонаблюдения.

— Мы пройдём под землёй, тут всё давно изучено.

Мясоедов направился к верхнему подъёмнику канатной дороги, спустился на площадку перед запертой решетчатой калиткой. Из будочки справа выбралась тёмная фигура, открыла калитку.

— Проходите, — махнул рукой Мясоедов.

Отряд спустился с тротуара на территорию подъёмника, остановился под парапетом, и Мясоедов потянул за край круглого щита, прикрывавшего вход в метрового диаметра каменную трубу.

Раздался скрип.

— За мной.

Мясоедов первым полез было в темноту трубы.

— Минуту, — остановил его Саблин. — У нас нет ни отмычек, ни фонарей, ни специнструмента.

— У вас есть руки и головы, — усмехнулся носитель личности ДД.

— Что за шутки? — нахмурилась Кисюня.

— Простите, что не сказал раньше. В этом числомире, хотя он и далёк от Бездн, мы имеем возможность реально воздействовать на объекты и материалы как… колдуны, маги, как бы фантастично это ни звучало.

— Объясните.

Мясоедов вытянул вперёд ладонь, и она вдруг засветилась, испуская слабый луч света, словно была фонарём.

— Сообразили?

Саблин и Кисюня переглянулись.

Саблин вытянул руку вперёд, напрягся.

Ладонь его тоже засветилась. Заискрились и волосы на голове.

— Это лишнее, — хмыкнул Мясоедов, кивая на волосы.

— Я не хотел…

— Привыкайте.

— Значит, мы можем… идти без фонарей.

— Мы многое можем, убедитесь сами.

Мясоедов полез в трубу.

Война «Душ»Конечно же, встречи и беседы узников в пространстве психики Прохориила Смирдающего не походили на те, что происходят в реальной жизни. Но воображение человека не может молчать и в этих условиях, снабжая хозяина виртуальной информацией, играющей роль зрительного образа и видеоряда. Поэтому Прохор-11 видел Прохора-2 почти с той же степенью достоверности, которую дают человеку обычные органы чувств и зрительные рецепторы в частности.

Прохор-2 в воображении одиннадцатого выглядел так же, как он сам в зеркальном отражении. Никаких одежд на «душах» формонавтов, попавших в Узилище, разумеется, не было, однако фантазия Прохора одела «родича» в примерно такой же костюм, что в реальности носил он сам — джинсы, курточка-уник, кроссовки.

Новый узник не сразу осознал, что попал в настоящий капкан.