Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

«Давай нырнём поближе».

«В другой раз. Меня зовёт Дан, что-то важное сказать хочет. Будь осторожен и до встречи».

Прохор-11 вытащил из головы Прохора своё ментальное «щупальце», исчез."

"Прохор полежал немного, привыкая к тишине и пустоте в голове, хотел было тихонько встать и попить чаю на кухне, но в это время щёлкнул выключатель, и в гостиной загорелась люстра.

В проёме спальни стоял, щурясь, в одних трусах Саблин, разглядывая замершего Прохора.

— С кем разговаривал?

— Да я вроде не…

— Я слышал мычание.

— Чёрт, я ещё не умею говорить молча, — огорчился Прохор, — то есть мысленно.

— У тебя был «гость»?

— Прохор… одиннадцатый.

Саблин присел на диван.

— Что нового?

Прохор помял лицо ладонями, вздохнул, поднимаясь.

— Идём пить чай.

И они пошли пить чай.

Глава 4 Переход через ноль

ЧемалСпорили недолго. Саблин сначала предложил заграницу, экзотические пещеры в Италии, Исландский Суртсей, потом вспомнил про Клин, но Прохор от всего отказался, так как зарубежную экзотику не любил, а быть непрошеным гостем в доме деда Саблина не хотел, хотя Данимир уверял, что старики у него классные и будут только рады гостю.

— Я отдыхал там дважды, — сообщил Саблин. — Молодёжи немного, пансионат задуман был как место семейного отдыха, поэтому там тихо и очень красиво: природа сказочная, воздух, вода — прямо из речки под окнами пить можно.

Последний довод понравился и Прохору.

Четырнадцатого июня самолёт компании «Сибирь» доставил друзей из аэропорта Внуково в Горно-Алтайск поздно вечером. Час ушёл на дорогу от нового аэропорта до Чемала. В половине двенадцатого они встретились с Аллой Юрьевной, двоюродной сестрой Саблина, платиновой блондинкой пятидесяти лет, в её апартаментах в блоке «Правительственный» и остались там ночевать.

Сестра Дана, несмотря на свой возраст, выглядела молодо, вела себя просто, доброжелательно, хотя и суховато при этом, и портила её, по мнению Прохора, только одна привычка: Алла Юрьевна курила. Много. За час беседы с приезжими из Москвы она выкурила никак не меньше десятка сигарет «Данхилл».

— Устраиваться в номере будете завтра, — определила она категорично, — сегодня поспите здесь, у меня, я сейчас уеду в Барнаул.