Бесконечность не предел (Трилогия о числонавте Прохоре Смирнове)

Деревья вокруг пылали всеми цветами радуги, из чего можно было сделать вывод: листву либо раскрасило время года — осень, либо природа мира-1729 допускала такое цветовое разнообразие в любое время года.

Прохор-1729 дрался легко и непринуждённо. «Гость» — Прохор-11 даже позавидовал его мастерству, хотя неплохо фехтовал и сам.

Вмешиваться в происходящее он не имел права, так как «родич» не ждал гостей из соседних измерений и мог пропустить удар, но возвращаться домой в момент схватки не хотелось, надо было проследить за развитием событий до конца.

Прохор-1729 начал уставать и отступать. Каким бы сильным мастером кэндо он ни был, сражаться против троих хорошо владеющих оружием мужчин было трудно. А секундантов у него не было. Если только не предположить, что на него напали и те самые секунданты, в том числе собственный, с кем он пришёл на дуэль.

Один из дуэлянтов с проклятием отскочил, получив укол в предплечье.

Прохор-1729 заработал шпагой энергичней, начал теснить противника, повернувшись к раненому спиной, посчитав его выбывшим из строя.

«Сзади!»

«Родич» отреагировал, как надо, причём не на внутренний голос, а на опасность: отскочил, развернулся, отбил удар и проткнул красномордому горло. Затем, не останавливаясь, набросился на оторопевших поединщиков, обратив их в бегство."

"Когда они скрылись за деревьями, он вскинул над головой шпагу и победно крикнул:

— Я вас отыщу!

Где-то послышался приближающийся басовитый гул и жужжание.

Дуэлянт поднял голову.

На поляну из-за зубчатой стены деревьев опускался летательный аппарат, похожий на деревянный корабль с десятком мачт, заканчивающихся винтами. Винты вращались, издавая тот самый гул и жужжание.

Прохор-1729 выругался сквозь зубы, нырнул в кусты и побежал, петляя между стволами огромных сосен и лиственниц.

Прохор-11 попытался вникнуть в суть происходящего, не затрагивая сознания «родича».

В голове дуэлянта мелькали какие-то несимпатичные бородатые рожи, очень даже симпатичные женщины в бикини, шпаги, дома с островерхими крышами и многомачтовые «вертолёты». Понять что-либо в этой мысленной круговерти было трудно.

Беглец между тем выскочил на опушку леса, метнулся к стоящим у полосатого столбика лошадям, вскочил на одну из них и понёсся к видневшимся за холмами строениям близкого городка.