Бесконечная одержимость

Сделав глубокий вдох, я неуверенно иду к кровати.

Она застелена красным шелковым бархатным одеялом с золотой каймой, подушки такого же цвета сложены в три слоя у изголовья. Сердце сильно бьется в груди, когда я останавливаюсь на краю, боясь оглянуться на мужчину, нервно снимаю туфли, а через секунду задумываюсь, должна ли я вообще это делать. Он мне этого не говорил. Но я бы никогда не залезла в обуви в постели.

Мои зубы снова впиваются в губу. Я слишком много об этом думаю. Я хочу перестать так много думать.

— Я могу помочь тебе с этим.

Я вскакиваю, прикрывая рот рукой, чтобы подавить шокированный возглас. Я не слышала, как он двигался. Я не осознавала, что произнесла последнее предложение вслух. Но сейчас я чувствую его жар, стоящий у меня за спиной, ощущаю его присутствие, даже не видя его.

Он дал мне инструкции, если я хочу этого. Я делаю глубокий, дрожащий вдох и забираюсь на кровать.

Не успеваю я откинуться на подушки и повернуть голову, чтобы посмотреть на него, как вижу, что его рот изогнут вверх в злой, почти довольной улыбке.

Нервная дрожь пробегает по мне, страх, что меня уговорили на что-то, что окажется совсем не тем, что я думала, и я поднимаю руку, прежде чем он успевает двинуться с места.

— Подожди, — нервно говорю я. — Моя подруга говорила что-то о безопасных словах. Что-то, что нужно сказать, если я хочу, чтобы ты остановился.

Он хихикает, но в этом нет злобы.

— Обычно эти слова нужны для игры, когда ты притворяешься, что не хочешь того, что я с тобой делаю. Сегодня этого не будет. Но если тебе станет легче, выбирай слово. Любое слово.

Я ищу что-то, оглядывая комнату.

— Париж, — пролепетала я, разглядывая декор во французском стиле, и он снова тихонько засмеялся.

— Париж, да. Не то, что я могу себе представить, выкрикивая на пике удовольствия, независимо от того, хочу я остановиться или нет.

Глупо нервничать из-за того, что он прикасается к моей руке, когда вскоре он планирует прикоснуться ко многому другому. Но я чувствую, как у меня перехватывает дыхание, когда прохладная кожа скользит по моим пальцам.

Он поднимает мою руку вверх, к изголовью кровати, и я почти отдергиваю ее.