Бешеная

Попутно настырный пенсионер выяснил, что кандидатская диссертация записного антикоммуниста носила довольно похабное по нынешним меркам название: «Роль районных комитетов КПСС в укреплении дружбы народов (на материалах Манского и Горячегорского районов Шантарской области)»."

"Получился скандал и раскол. Фухсен привычно объявил пенсионера Гонзица былым осведомителем КГБ и агентом местных черносотенцев, попутно объявив, что диссертация была написана кем-то другим, а его, Фухсена, подпись партократы вырвали психологическим террором.

Оскорбленный Гонзиц, всю жизнь проработавший комбайнером, руку имел тяжелую и с ходу заехал обидчику-самозванцу в ухо. Часть фениксовцев приняла его сторону, часть осталась преданной Фухсену, принимая на веру все его объяснения. После той потасовки «адские машины» и стали с завидной регулярностью возникать у фухсеновской двери.

– Террорист старый или молодой? – спросила Даша.

– О, лет как это… лет тридцать.

Ну понятно, не сам же старый комбайнер, мужик серьезный, закладывал мины. Молодежь поразвлеклась. Вот только, если у Фухсена не хватит совести покончить дело миром, виновнику грозит срок за хулиганство… Условный, скорее всего, но все равно неприятно.

Вернулись гонцы – с сувенирными пряниками шантарского производства и коробкой конфет «Воевода». Все дружно уселись пить кофе, а минут через двадцать в дверь просунулась несколько печальная физиономия Воловикова.

Узрев инородное тело, да еще столь диковинное, шеф молча мотнул головой. Даша с превеликой охотой покинула застолье и вылетела в коридор.

– Это что за фазан?

Она кратенько объяснила, прямо-таки притопывая от нетерпения – под мышкой у шефа пребывала знакомая коричневая папка, определенно набитая чем-то еще, помимо бумаг.

– А, ладно, – сказал Воловиков с отсутствующим видом. – Все равно вам сегодня делать нечего, бумаги оформлять завтра начнете.

Дальше пусть занимаются, кому следует, вы свое отпахали. Отвезите его, что ли, в «Шантарск», там сейчас хорошая охрана, да посоветуйте одеться попроще, привлекает внимание, как пачка баксов на тротуаре…

– Что там? – жадно спросила Даша.

Шеф помолчал, пошевелил усами, со вздохом расстегнул потолстевшую папку и вытянул целлофановый пакет с тремя парами часов. «Ориент», «Ситизен», еще какие-то…

– Они?

– Они, – сказал Воловиков.