Беременна от мажора

Врать нехорошо, но я не хочу говорить, что меня вывела из себя встреча с богатым бараном на желтой машине, как и не хочу объяснять, что он отец моего сына. Ни к чему это Игорю.

Авраменко садится на место и послушно ждет свою чашку. Я изо всех сил стараюсь вести себя нормально, то есть как обычно. Из кожи вон лезу, чтобы все было как всегда. Наверное, даже чересчур активно шучу и смеюсь.

И, провожая Игоря, льну к нему всем телом, запуская руки в волосы. Но все равно внутри пульсирует непонятная вибрация. Меня будто к току подключили, и я дергаюсь, не в силах остановиться.

Васька засыпает на ковре, в обнимку со своей новой машиной, я аккуратно беру его на руки и отношу в кроватку.

Принимаю душ, залезаю под одеяло. Долго кручусь и не могу заснуть. Пихаю подушку то под правый бок, то под левый. Этот стресс не отпускает. Зачем я его встретила? Какого черта он пришел на выставку Каругова? Случайно или специально? И что за чушь он кричал Игорю?

И когда я наконец засыпаю, мне снится сон.

Будто бы я слышу рев мотора, вижу взлетающую комьями из-под колес землю. Гонка набирает обороты. Машины несутся с сумасшедшей скоростью. Та, что идет первой, — желтая, яркая, с цифрой семь на боку, заляпанная грязью — взлетает на гору и с шумом срывается вниз, погружаясь в жижу размякшей проселочной дороги. На повороте ее заносит, но она снова подпрыгивает, ловко выруливая из трясины внедорожья. Это так необычно, так ярко, так далеко от общепринятой суетливой жизни, где простые люди спешат на работу.

Лидирующая тачка прибавляет газу, едва избегая столкновения с деревом, и, сдирая красную ленту победителя, пересекает черту финиша. В конце ее заносит, она крутится, устраивая грязевой фейерверк. Мотор глохнет и к машине бегут девочки в розовых и салатовых купальниках.

А я смотрю на это как завороженная, стою чуть вдалеке от ликующей толпы. Я понимаю, что сплю. И хочу проснуться, потому что мне не нужен этот сон. И тот, кто нагло выходит из машины, тоже давно не нужен. Я пережила это. Но все равно стою, словно вкопанная.

Красинского-младшего обливают пузырящимся напитком, и он с довольной физиономией позволяет длинноногим красоткам вешаться на него. Но при этом он надменно осматривает толпу, безошибочно выискивая меня.