Белые искры снега

Она что-то неспешно печатала, не глядя на клавиатуру, а когда я вошла, внимательно посмотрела на меня, стянув прямоугольные очки чуть ближе к кончику носа."

"– Здравствуйте, – сказала я, собираясь представиться, но женщина опередила меня.

– Анастасия Мельникова, практикант с филологического факультета, пятый курс, – произнесла она благосклонно. – Верно?

– Все правильно, – подтвердила я.

– Я вас ждала. К сожалению, директор сейчас очень занят, и вами займусь я. – Она бросила быстрый взгляд на дверь, ведущую в кабинет директора, за которой были слышны какие-то неясные голоса.

– Раздевайтесь и присаживайтесь, – кивнула Галина Алексеевна на шкаф, а после на кожаный белый диванчик, предназначенный, видимо, для посетителей. – Я закончу с вашими бумагами, а после того, как прозвенит звонок, – она посмотрела на свои наручные часы, – это будет через двадцать пять минут, отведу вас к вашему куратору. У нее как раз начнется урок в одиннадцатом классе, в котором вы будете проходить практику по, – она заглянула в какие-то бумаги, лежащие перед ней на столе, – по литературе, так?

– Да, – подтвердила я, присаживаясь на диван, оказавшийся мягким, но каким-то низким, а потому не сильно удобным.

– Кстати, ваше имя я знаю, а я вам не представилась. Галина Алексеевна, секретарь директора.

– Приятно познакомиться, – улыбнулась я вежливо, но, кажется, довольно сдержанно. Мне Дан говорит, что я не умею в нужный момент улыбаться тепло и искренне, но я его не совсем понимаю.

– Взаимно. Подождите немного, скоро я закончу.

В ожидании я достала телефон и прочитала два сообщения – от Алены и Алсу. Еще когда я ехала в автобусе, я написала обеим подругам, которые сегодня в других школах тоже вынуждены были приступить к педпрактике. В прошлом году перед тем, как начать вести уроки – их нужно было провести восемь или десять, не помню, мы целую неделю таскались следом за учениками и сидели вместе с ними почти на всех занятиях, заполняя особые дневники по практике, где писали выводы чуть ли не о каждом уроке, а затем просили учителей поставить свои росписи в специальных графах – как подтверждение того, что мы действительно работали.