Белое солнце дознавателей. Книга 2

 — Мелочь… увидеть Мелочь… спросить… Мелочь знает…

— Какой Юг?!

— Арка…мне нужна арка…

— Ночь на дворе, — прошипел Данд. — Какой портал ночью?

— Мне нужно… нужна…Мелочь… она знает…ответы…"

"— Завтра, взойдет солнце, будет новый день, портал заработает, — увещевал он.

— Сейчас! Мне нужно… сейчас!

— Ночь на дворе! Порталы не работают!

— Не…не работают? — удивился Аксель. — Тогда… выпить…

— О, Великий, духи леса и гор и их прародители!

— Выпить…или…я пойду искать сам…

— Нет!

— Брат ты мне… — Аксель сгреб в горсть кафтан на груди и притянул его себе — нос к носу, так что стало видно все черные крапинки в темных глазах, — …или не…брат? Ик!

— Брат, — помедлив, тихо согласился Данд.

— Тогда…создай мне…портал…ик!

— Я не могу!

— Не…можешь? Тогда… выпить!

— О, Великий! За что?! Хорошо, — Данд отодрал от себя чужие пальцы, расправил кафтан на груди, и согласно кивнул. — Принесу, но вы будете сидеть здесь!

Голова Акселя послушно мотнулась вниз — будет сидеть.

— Тихо!

Ещё один кивок.

— Нет, лучше я наложу стазис! — пробормотал он сам себе. — Так будет проще…Стазис? И я принесу аларийского…

Кивок.

— Стазис-с-с… — подтвердил Акс. — Выпить… буду пить… с… братом.

Данд открыл рот, чтобы возразить и тут же закрыл. Он тоже никогда не пил с братом. Не пил по двум причинам — у него никогда не было брата, и… он никогда не пробовал аларийского. Молодняку у Хэсау строжайше запрещено употребление любых веществ и напитков, снижающих контроль.

— Бу…дем…пить?

— Будем, — обреченно выдохнул Дандалион и щелкнул кольцами, бросив плетения «стазиса».

Глава 16. Пробуждение

За окном розовела заря. Я с трудом проморгалась — голова гудела, казалось, от усталости болело всё — каждая мышца в теле, каждый нерв, даже кости.

Все — таки нужно было первым делом выпить эликсиры на ночь, прежде, чем отрубиться спать.

Я протяжно зевнула, и потерла глаза руками, и пару раз с силой хлопнула по щекам — «проснись, Блау, проснись». Размяла запястья и сделала гимнастику — как же давно я не уставала так, чтобы на утро немели пальцы и… болели.

— Ауч… Какой псаки… — подушечки указательного и среднего покраснели, припухли и были обожжены, как будто… я хваталась за горячее? — …здесь творится.

Мои пальцы! Мой главный рабочий инструмент, моя ценность, мой капитал.